Общественный дневник. Запись пятая

О том, как выглядит Киев в первую ночь после того, как ты вернулся домой из пьяного Будапешта и крупного европейского фестиваля

Уютно, будто к бабушке за шиворот приехал погреться

На самом деле, в Киеве уже пахнет осенью. Не знаю как там днем, но ночью точно пахнет осенью. Я иду по бульвару в летящем платье на тонких бретелях, вся сплошной ветерок, и шуршу не только подолом, но и первыми сухими листьями у бордюров-поребриков.

Путь от Золотых Ворот до Дружбы Народов занимает много времени, потому что я не тороплюсь и иду, приплясывая. На Майдане ставят сине-желтые распорки перед концертом ко Дню Независимости, по площади разливается мягкий теплый свет и даже совсем не много людей. Ночь воскресенья. По перекрытой дороге гуляют пешеходы, которых полиция шустро разгоняет на тротуар — 22 на часах. Через секунду по проезжей части уже катятся машины с желтыми светящимися глазами.

Здесь, почти у самого края тротуара, работает ночное караоке и кто-то дурным голосом поет что-то о матери, да таким противным, что приходится включать музыку погромче, но песня, по всей видимости, известная — люди по кругу подпевают тихим хором.

Дальше у фонтана на Пассаже под гитару, привалившись к мотоциклу, мужчина поет что-то из классического русского рока 90-х. Вокруг него толпа людей. Выглядит как посиделки у костра, хотя ни костра, ни поленьев, только центр города, гитара, радио, мотоцикл и теплый желтый свет фонарей.

Прямо у входа в метро Крещатик на картонках танцуют брейкеры. Это самое стабильное развлечение в городе — каждый день (а раньше каждые выходные) в самом сердце столицы девочки и мальчики пляшут под бит из бумбокса и ходят по кругу с шляпкой. Толпа собирается неизменно. Думаю, даже если они еще лет двадцать будут танцевать, все равно будут собирать огромный кружок вокруг себя. Сегодня вот под Джамалу танцевали, получилось необычно.

Больше до Бессарабки никаких столпотворений. Кто-то на остановке ждет автобус. Кто-то у магазина Roshen наблюдает за конфетной машиной. Кто-то гоняется за убежавшим йоркширским терьером. Кто-то пьет пиво, усевшись на газон. Возле шаурмешной на привал остановились ночные байкеры. Из Франсуа вышел официант с велосипедом в руках. Девушка боится ступить на пешеходный переход, пока не проедут все машины. В подземном переходе между магазинами Dolce&Gabbana и Chanel улыбчивая девчушка с дредами играет на ханге. Две упитанные женщины в платках с интересом рассматривают иконы и портреты, выложенные янтарем. На углу Бассейной машины не хотят останавливаться, даже когда им красный, и пытаются объехать меня кто справа, кто слева. Около Гулливера девушка в зеленой юбке, зеленой блузке и зеленом же плаще танцует на скамейке с зеленой бутылкой советского шампанского в руке.

Я обхожу офисный центр под крышей вечной стройплощадки и ныряю в центр бульвара. Здесь вообще никого нет. Я обожаю эту дорогу. От самого начала, напротив Александровской больницы и какого-то средней руки заведения, до метро Печерск. Весь этот бульвар полон какого-то магнетизма и волшебства. Даже с неумытым асфальтом. Даже когда бомжи занимают свои спальные места на скамейках. Мне так нравится идти по этой дороге между деревьями и розами, ловить моменты абсолютной тишины, когда весь транспорт на секундочку замирает на светофорах. Я иду всегда только по центральной плиточке, в абсолютной серединке. Я чувствую себя в корабле во время плаванья. Мне нравится, как шевелятся кроны деревьев от резких порывов ветра. Мне нравится, как поднимается дорога. Мне нравится, что поднятые плитки кто-то заботливо обвел маркером и написал “ОПАСНОСТЬ!” для велосипедистов. Мне нравится, что тут можно скатиться на скейте. Мне нравится, что я могу раскинуть руки, изображая себя летящей птичкой, и никто не будет смотреть на меня косо, потому что никого нет, а бомжи спят. Мне нравится думать, что я стою на носу корабля, когда дохожу до края и пытаюсь выбрать, в какую сторону мне переходить дорогу. Я обязательно стою два светофора: выбираю сторону и воображаю себя на носу, а мимо меня по оба бока разъезжаются машины. И я чувствую столько свободы, столько легкости, что в результате делаю правильный выбор и вприпляску иду остаток пути до дома, останавливаясь лишь по центру моста на Киквидзе, чтобы снова почувствовать это чувство свободы и легкости — оно вызывает зависимость. Когда ты свисаешь вниз головой с моста над проезжей частью и близорукость рисует за тебя прекрасный пейзаж, невозможно быть печальным и неуверенным в себе. Тебе легко и свободно. Ты царь и король в этом мире. В мире, состоящем из теплых вязанных носочков, яблок, теплого лампового света, акриловых пледов, свитеров с растянутыми рукавами и оленями, запаха свежей выпечки и мятного чая.

А Будапешт божественно прекрасен. Шикарная архитектура, которую можно долго рассматривать, с удовольствием бродить по городу сутками, и наслаждаться всеми этими хитросплетениями улочек. Такая богатая история, со всех сторон так и бросается на тебя со всеми своими повестями и россказнями. И впечатление портит только то, что все углы и стены зданий обписяны, а сам город из-за этого похож на большой и помпезный, но грязный общественный туалет.

А в Киеве свежо и уютно. Даже когда один.

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.