А вот кому секс-революцию? (1/3)
В прошлом столетии (как же странно говорить это о веке, в котором родился) произошли не одна, а целых две сексуальных революции.

Революция-1 произошла сразу после Первой Мировой, в “ревущих” 20-ых (так их называли в Штатах, не в последнюю очередь как раз благодаря “джазу и разврату”).
Она была вполне впечатляющей, однако ее закрыла от нас сначала Великая Депрессия, а потом Вторая Мировая, поставившая крест на многих проявлениях “старого мира”.
Если вспоминать известные произведения, где эта эпоха с ее сексуальной раскованностью поминается, то мне сразу приходят в голову:
- “Три товарища”, происходящие в Веймарской республике.
- Мюзикл “Кабаре” — там же, но чуть позже, на излете эпохи
- Мюзикл “Чикаго” — действие фильма происходит в одноименном городе как раз перед началом Великой Депрессии
- Ну и, собственно “Великий Гэтсби”, не просто повествующий об эпохе, а написанный в 1925-ом году.
Атмосфера освобождения от пуританского наследия викторианской эпохи — захлестнула Европу и Америку. И здесь, как не удивительно — СССР не просто следовал курсом, повторяющим европейские события, но шел на несколько шагов впереди.
Послереволюционная молодежь ломала традиционные устои,и некоторое время СССР (во всяком случае — крупные города) был в плане личных свобод менее подвержен привычным сексуальным табу и запретам, чем даже западные вертепы разврата.
Правда, все это быстро закончилось — сворачивание НЭПа и постепенное утверждение жесткой тоталитарной парадигмы, разумеется, зачеркнули все проявления сексуального раскрепощения 20-ых.
О более знакомой нам Революции-2 уже завтра. А пока классическая сцена из “Чикаго”.