Вина жертвы.

Наверное, мне не стоило браться за эту тему. Попытки обсуждать табуированные темы, связанные с сексом и насилием — в основном приводят не к уточнению позиций, а к поиску и назначении врагов среди участников разговора.

Тем не менее мне почему-то важно попытаться ухватить ту мысль, которая у меня родилась после прочтения вот этого текста о том как в Англии подростков обучают избегать сексуального насилия.


Victim blaming, “сама виновата” за последние несколько десятков лет превратилась (во всяком случае в общественном обсуждении сексуального насилия в западных странах) в совершенно определенное табу.

Надпись на плакате — “Мы не будем менять наш стиль одеваться потому что это удобно твоему отсутствию самоконтроля. Обвиняйте насильников, а не жертв!”

Высказав прямо или косвенно предположение, что поведение жертвы стало причиной сексуального насилия — человек в глазах современного западного общества становится если и не пособником насильника, то получает ореол реакционера и женоненавистника.

Феминизм в последней трети 20-го века перестал быть маргинальным движением и превратился в развитых странах в совершенный мейнстрим (писал уже об этом здесь).

И став мейнстримом, он в значительной мере оказал влияние на то как общество (и уголовные законы, да) определяет сексуальное насилие.

Если в середине 20-го века изнасилованованием повсеместно считалось нападение, нанесение увечий, запугивание жертвы с целью сексуального контакта, то к нынешнему моменту акценты очень сильно сместились.

Сегодня изнасилованием в западной культуре принято считать и те контакты, где женщина прямо не выразила своего желания заниматься сексом (даже если она не сказала “нет”). Секс с женщиной, находящейся под действием алкоголя или наркотиков, во многих юрисдикциях может считаться изнасилованием.

Также считается что осознанное согласие со стороны не лица не достигшего легального возраста — невозможно, и сексуальный контакт с несовершеннолетним считается изнасилованием в любом случае.

Таким образом сейчас сексуальные проступки (знаю что термин так себе — это калька английского misconduct), не сопровождающиеся физическим насилием как таковым, и которые не могут быть определены по обьективным признакам (скажем, следы побоев, крики и шум, услышанные свидетелями) — трактуются и следствием и общественым мнением как изнасилования.

В уголовном праве, наверное, могло бы пригодится введение уровня преступления (а возможно уже все придумано и сделано), как в случае с убийством в США — убийство первой степени, второй степени, убийство без намерения, по неосторожности. Это позволит разграничить уровень вины и ответственности.

Но даже с такими предосторожностями — все равно обвинение в отсутствии обьективных доказательств оперирует чрезвычайно тонкими категориями: что чувствовали в этот момент женщина, что понял или не понял мужчина.


И здесь мы возвращаемся к началу этого неприятного разговора — возможна ли ситуация, когда жертва имеет прямое влияние и ответственность за то что происходит?

По крайней мере в том случае который описывается в фильме — да.

Ее согласие на укладывание в одну постель и то что она не сказала “нет” — создало эту ситуацию в не меньшей степени чем отсутствие самоконтроля (и присутствие иллюзий о взаимной симпатии) у молодого человека.

На мой взгляд это несводимо к аргументу “короткой юбки”, когда женщину обвиняют в том что она своей манерой одеваться спровоцировала нападение.

Здесь ситуация гораздо сложнее — человек, который в результате получает клеймо сексуального насильника — действительно имеет возможность искренне ошибаться в оценке своих действий в глазах девушки. А она, вольно или невольно — подыгрывает ему до самого последнего момента.


Мы явно живем во времена смены сексуальной парадигмы, а также представления о связанном с сексом власти и насилии (а они действительно связаны, это факт). Я не знаю что в результате получится — но в любом случае нам придется обсуждать в том числе и темы, которые кажутся кощунственными и страшными. На которые благоразумное общество когда-то наложило табу.

И да, вопрос ответственности жертвы насилия за свои действия — далеко не самый страшный и скандальный. Есть и похлестче — педофилия, при упоминании о которой массы начинают поджигать факела и готовить веревки для виселиц, или, скажем, секс между близкими родственниками.

И если вам кажется что это все дело каких-то особых отдельных извращенцев, которых рано или поздно всех выловят — ознакомьтесь со статистикой порносайтов. В первой десятке тем для взрослых видеороликов вы найдете все вышеперечисленное — и игру в изнасилование, и ролевые игры на тему инцеста.

Это доказывает массовый интерес, это не просто маргинальное увлечение одиноких извращенцев. И это как минимум стоит внятного обсуждения, а не выпучивания глаз и протыкания оппонента вилами.