Геостратегия и политика России на постсоветском пространстве

Распад Советского Союза и Организации Варшавского Договора, явившийся результатом субъективных политических решений, прервал объективно обусловленный процесс мирового развития, основанный на двуполярности мира, дал основание Соединенным Штатам и их союзникам строить свою международную деятельность на искусственно созданном виртуальном принципе однополярного мира. Этот принцип, содержащийся в умозрительных геополитических построениях многих исследователей и не раз повторенный в уже упоминавшейся работе З. Бжезинского, противоречит реальностям истории, показавшим действительное соотношение мировых сил. Таких событий немало, но наиболее убедительным и еще живущим в памяти людей нынешней эпохи является исход Второй Мировой войны, который показал политическое, моральное, военное превосходство Советского Союза в преодолении той человеконенавистнической силы — фашизма, которую с полным правом можно было бы назвать «империей зла». Это была как материальная, так и духовная победа идеи евразийства, которую г-н Бжезинский безо всяких на то оснований решил поставить на службу глобалистским тенденциям Америки. Ослабление европейского фланга Евразии не дает оснований для его превращения в плацдарм американской геостратегии. На ее восточном фланге быстро развиваются гиганты современного миропорядка — Индия, Китай, другие азиатские страны. И хотя США прилагают немало усилий для создания опорных пунктов своего влияния в Азии, ведущие страны этого континента идут своим путем. Общность исторических судеб России с ведущими азиатскими странами, равно как и со странами Европы, а также с быстро растущей Африкой является объективным основанием для формирования Россией своей геостратегии, отвергающей однополярность мира и утверждающей его изменчивую многополярность в процессе общей глобализации.

Процесс развития стран, ранее отставших в экономическом и политическом отношении от развитых капиталистических стран, создает новые геополитические полюса, новые центры силы, которые неизбежно обретут достойное место в мировом сообществе. Влияние мировой экономики и политики стремительно вырастает в Азиатско-Тихоокеанском регионе, где объединенный потенциал Китая, Индии, Японии, да и других стран региона намного мощнее всего того, что может собрать в свой кулак Америка. И география, и история, и социальные факторы действуют в направлении консолидации в исторической перспективе азиатского сообщества государств, перед которым окажутся маломощными все ныне существующие сообщества. Россия является частью как Азии, так и Европы, занимая ключевое положение на евроазиатском материке, что в сочетании с богатейшим интеллектуальным потенциалом, уникальной сырьевой кладовой сулит ей ведущую роль в обеспечении европейской безопасности.

Война в Ираке, разделившая все страны на «союзников» и тех, кто не поддержал США, не смогла разрушить евразийское сообщество, которое продемонстрировало свою жизнеспособность. 29 апреля в резиденции президента Таджикистана на сессию Совета коллективной безопасности прибыли главы государств России, Белоруссии, Армении, Казахстана, Киргизии и Таджикистана. Главным итогом встречи стало повышение статуса Договора о коллективной безопасности (ДКБ) в результате создания Организации ДКБ, что повысило уровень интеграции и расширило сферы деятельности стран-участниц. Решения ОДКБ станут обязательными для ее членов. Президенты подписали новый большой пакет соглашений, регламентирующих организационно-финансовые аспекты работы Организации. Было утверждено решение о рабочих органах ОДКБ, о постоянном совете организации, об объединенном штабе. Главы государств также договорились, что российская боевая техника будет поставляться в страны ОДКБ на льготных условиях, то есть по тем же ценам, по которым военное оборудование закупается Вооруженными Силами России. Это позволит, с одной стороны, всем членам организации приобрести недорогую, но современную технику, с другой — будут увеличены заказы для российских предприятий ВПК. Кроме того, Россия сохранит за собой этот рынок вооружений.

Умы европейцев и жителей Азии все более будоражит геополитическая идея преобразования России в евразийский центр коммуникаций. Заинтересованность России в этом оправдана, ей сейчас очень важно занять достойное положение в евроазиатском, да и в мировом сообществе, что помогло бы не только найти стратегический выход из нынешнего системного кризиса, но и создать мощный рычаг ускоренного экономического развития. Россия выполняет роль «моста между Европой и Азией», который напрямую связывает две части света кратчайшим наземным путем. При этом контроль над ним принадлежит только России. Наша страна не может не стать очень выгодным партнером в развитии евразийских коммуникаций, которые в международных экономических отношениях играют все более важную роль.

Россия является также мостом между двумя океанами. Окно к одному из них прорубил Петр Первый. Путь к другому и его значение показал М.В. Ломоносов, русский ученый мирового масштаба, предвидевший гениально, что могущество России прирастать будет Сибирью. Страна двух океанов нужна не только ее народу, но также и Европе, и Тихоокеанскому региону, и Америке. Предназначение России — внести неоценимый вклад в дело развития мировой цивилизации, что обусловлено объективно. Преимущество евразийского развития в том, что оно может обеспечить на огромном пространстве самую оптимальную по многим параметрам связь через Транссиб, Северный морской путь, через «шелковый путь», между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионами. Россия в цепи трансконтинентальных взаимосвязей является естественным необходимым звеном, значение которого повышается наличием огромных естественных богатств, в широкомасштабной зоне политического, научно-технического и экономического сотрудничества, в котором могут участвовать как европейские страны, так и страны Азии: Япония, Китай, государства АСЕАН (ассоциация государств Юго-Восточной Азии), Индия, и даже заокеанские партнеры США и страны НАФТА (Североамериканское соглашение о свободной торговле). Рассматривая эту перспективу, не следует забывать стремительный рост экономики АТР, что усиливает роль находящихся здесь стран в евразийском сообществе — фактор, явно недооцениваемый З. Бжезинским.

Для зарубежных партнеров России это важно, если иметь в виду транспортную сеть и сеть коммуникаций, на которые в сумме приходится 7,5% ее ВВП. Это больше, чем в США и Китае (5,9 и 6,1% соответственно). Россия обладает довольно развитой железнодорожной сетью, включающей промышленную инфраструктуру, которая при соответствующих капиталовложениях потенциально может обеспечить модернизацию старых, а также строительство новых скоростных путей. Пока эта перспектива практически не реализуется. Например, транзит контейнеров по Транссибу не превышает уровня 2000 единиц в год, хотя потенциально возможно (и экономически выгодно), как показывают расчеты, перевозить до 1 млн контейнеров в год. Из-за недостатка капиталовложений не выполняет роль евразийского моста и автодорожная система России. Модернизация российских шоссейных автодорог большой протяженности, строительство современных высокоскоростных магистралей может привлечь многих западных и восточных партнеров, так как увеличение протяженности и улучшение сети этих дорог значительно ускорит освоение Сибири и Дальнего Востока России (в том числе и Крайнего Севера, составляющего 70% российской территории). А это регионы, богатые естественными различными ресурсами. Заслуживает внимания проблема усовершенствования трубопроводного транспорта.

Россия — крупнейшая сырьевая держава, обеспечивающая себя полностью внутренними энергоресурсами. Это дает ей значительное преимущество перед остальными странами, ибо она располагает примерно четвертью всех энергоресурсов планеты (40% мировых запасов газа, 13% запасов нефти, примерно 30% запасов угля). Поскольку в России существует единая электроэнергетическая и нефтегазовая система, созданная еще в бывшем СССР, можно прогнозировать создание единой энергосистемы Европы и Азии, центром которой станет Россия. Топливно-энергетический комплекс — важнейшая структурная часть экономики России, от которого во многом зависит ее экспортный потенциал. Поэтому очень важно выбрать стратегическое направление развития этого комплекса. Необходимы усовершенствования его технологической базы, привлечение новых эффективных технологий, обеспечивающих повышение доли продуктов более глубокой переработки, что будет способствовать взаимовыгодному сотрудничеству с привлечением иностранных инвестиций. Наша страна обладает громадным сырьевым потенциалом, и в то же время у нее нет соответствующей ему современной высокоразвитой перерабатывающей промышленности. Вследствие этого приходится экспортировать первичные ресурсы за рубеж, то есть «проедать» собственные запасы, что весьма устраивает зарубежных партнеров. При продолжении такой практики Россия может потерять свой производственный потенциал, что помешало бы ей развиваться как крупной индустриальной державе и поставило бы ее в один ряд со слабыми развивающимися странами.

Наша страна имеет возможность развивать свой потенциал в области новейших технологий, коммуникаций, связи, новой космической техники. Поэтому ее сотрудничество со странами АТР взаимовыгодно. Россия, с ее уровнем развития наземных и космических средств связи, может использовать накопленный опыт в разработке новых технологий в этой области. Она обладает также обширной аэродромной сетью с парком транспортной авиации и развитой инфраструктурой. В силу своего географического положения наша страна представляет уникальную возможность для развития всех видов средств связи, а это предполагает прорыв в создании глобальной информационной системы. Поэтому и здесь наша страна — выгодный партнер для стран Европы и Азии.

Евразийская геостратегия России важна и как интегрирующий фактор прежде всего для самой России, который позволит заинтересовать регионы в развитии инфраструктуры, экономически сблизить их, дать толчок развитию рыночных отношений, поможет избежать разрыва между энергетически богатыми и бедными регионами, способствуя интенсивному хозяйственному обмену между ними и рыночному распределению капиталоресурсов, повысит регулирующую роль государства. Уже только этот, далеко не полный перечень факторов и возможностей России, опровергает безапелляционные выводы З. Бжезинского о единоличном господстве Соединенных Штатов в нашем нынешнем мире. А несовершенство его аргументации еще и в том, что он избегает рассмотрения объективных факторов и возможностей развития своей страны даже на ближайшую перспективу. Сравнение же вышеприведенных параметров явно не в пользу Соединенных Штатов, и поэтому искусственные концепции однополярного мира превращаются не более чем в миф. Таким же мифом является его оценка позиции на «великой шахматной доске», под которой он понимает Евразию. Если дать объективную оценку расстановке здесь сил, то она также не в пользу США.

По прогнозу Всемирного банка, Россия в 1993 году была включена в список крупнейших экономических держав мира (предпоследнее место), а в списке на 2020 год первое место по объему ВВП будет занимать Китай, значительно опережая США. По этому же прогнозу на 2020 год возглавлять список крупнейших экономических держав будут страны АТР. Разумеется, без иностранных инвестиций евразийская стратегия России вряд ли может быть реализована. Необходимо экономически заинтересовать зарубежных партнеров в ее осуществлении, а это невозможно без принятия мер по улучшению инвестиционного климата в стране. Необходимы не только всестороннее развитие и интеграция экономической, технологической, промышленной, транспортной и информационной политики, но и сочетание ее с бюджетной, кредитной и налоговой политикой, что вполне реально. Таким образом, осуществление евразийской стратегии обеспечивает России вхождение в качестве полноправного члена в мировую экономическую систему путем осуществления взаимовыгодного сотрудничества по странам Европы, Азиатско-Тихоокеанского региона и США.

Почему мы особенно подчеркиваем значение вышеупомянутых регионов? Не вдаваясь в детали и оставляя историкам право исследовать их прошлое со всей необходимой научной обстоятельностью, выскажем одну неоспоримую истину. Европа за свою многовековую историю накопила огромный опыт экономического развития, войн и миграций народов, великих географических открытий, научных достижений, мудрых решений своих выдающихся представителей. Восток же все больше демонстрирует, что великие цивилизации древности не канули бесследно в Лету, а способствуют быстрому продвижению вперед в самых различных сферах жизнедеятельности Китаю, Индии, Японии, да и ряду других стран. Россия не просто между ними, а вместе с ними, ибо она многое им присущее использовала в своем развитии. Россия, располагая большими внутренними ресурсами, имеет емкий внутренний рынок, что привлекает зарубежных бизнесменов. Территория РФ составляет 10% всего пространства земли, а живет в России всего 2,4% ее населения. В то же время в ней сосредоточено 45% мировых запасов природного газа, 13% нефти, 23% угля. Что касается земельных ресурсов, то на каждого жителя России приходится 0,9 га пахотной земли, то есть на 80% больше, чем в Финляндии и на 30% больше, чем в США. В России есть богатый человеческий потенциал. Более трети всех открытий ХХ века сделано учеными России. В нашей стране на 10 тысяч человек 37 ученых и инженеров, то есть столько же, как и в США, и в полтора раза больше, чем в Германии.

Возникает вопрос — почему же мы так бедны и так отстали? А ответ заключается в том, что богатства России пока что остаются ее далеко не использованным природно-ресурсным потенциалом, который в целом в два раза больше чем в США, в пять-шесть раз — в Германии, в 18–20 раз — в Японии. У нас много нефти, но ее надо добывать, а для этого надо иметь современное оборудование. Чтобы ее произвести или купить, нужны средства, инвестиции. Чтобы их иметь, нужны внутренние или иностранные инвесторы. У своих инвесторов нет средств, у иностранных нет к нам доверия, да и своих, зачастую неоправданных амбиций достаточно. Вот в упрощенном изложении та цепочка необходимых звеньев, которая замыкается в порочный круг. Впрочем, амбиции со временем исчезают, а реальные богатства остаются.

Объективно оценивая позицию на «великой шахматной доске», мы не видим оснований для каких-либо выводов, свидетельствующих о «превосходстве США» и тем более о «геостратегических императивах», к которым г-н Бжезинский относит господство Америки как единственного силового полюса нашего мира. И, наоборот, нельзя не видеть, как в нем стремительно складывается новая конфигурация геополитических силовых полей, чего он не хочет замечать. Этот процесс во многом зависит от России, от эффективного ее участия в глобальной экономике. Это, конечно же, понимает столь искушенный аналитик, как З. Бжезинский. Поэтому-то он и его единомышленники изыскивают все возможное, чтобы нашу страну в нее не пустить. А ведь в участии России в развитии мировой экономики объективно заинтересованы как Запад, так и Россия. Мешает же такому развитию деструктивная концепция «американского мира».

А ведь Россия нужна Америке, оказавшейся в сложном положении. Разве можно пренебрегать союзником, у которого 45% мирового ядерного оружия? Западу более страшна слабая Россия, сопровождающая свой упадок ядерным распространением. «Сдерживание, изоляция и пренебрежение институциональным развитием в России является политикой, способной трансформировать русскую революцию в угоду американской безопасности». Такой концепции придерживаются специалисты по России — Дж. Кеннан, Дж. Геддис, У. Капчен.

Конечно же, Россия стремится к тому, чтобы, используя свои богатства и таланты, войти как полноправный участник в мировую экономику, сохранив при этом свое независимое положение. Ее нестандартным шагом явился отказ от финансовых вливаний МВФ. Но это не снимает многочисленных проблем, а кое-какие и добавляет. Остается проблема внешнего долга притом, что ее решение в значительной мере зависит от Международного валютного фонда, когда России придется платить огромную сумму, сравнимую с ее годовым бюджетом (конец 2002–2003 год), ничего позитивного ей не сулит. С учетом жестокого по существу подхода администрации США в своей политике к России, сдобренной дипломатическими реверансами и дежурной доброжелательностью, можно прогнозировать возможность усиления давления Вашингтона и его недовольство, если наша страна будет проявлять самостоятельность, неугодную Соединенным Штатам. Тем более, что в российско-американских отношениях есть пока малозаметные, потенциальные очаги противоречий. Здесь, конечно, все будет зависеть от экономического положения России и от отношения американского руководства к деструктивным антироссийским установкам З. Бжезинского.

Что касается экономических аспектов отношений между Москвой и Вашингтоном, то в них есть позитивные перспективы. В 2000 году товарооборот между двумя странами достиг рекордно высокой отметки в 10 миллиардов долларов, причем с большим российским положительным сальдо. Уровень американских инвестиций в российскую экономику составил 8,5 миллиарда долларов, причем две трети из них — прямые капиталовложения, а не портфельные инвестиции. В то же время, если сравнивать все эти показатели с уровнем взаимодействия США с другими странами, то это покажется несравнимо малым. Так, например, с Канадой у США товарооборот превышает один миллиард в день, с Китаем — от 60 до 80 миллиардов в год.

Причины недостаточно интенсивных экономических отношений зависят от обеих сторон. Американцы создают препятствия в виде антидемпинговых ограничений на импорт российских товаров. В России плохой инвестиционный климат: беда с законодательной базой для иностранных инвестиций, высокий уровень коррупции. Немало случаев, когда американские деньги привлекаются для каких-то проектов, а потом проекты рушатся и деньги пропадают. Однако отмечается рост интереса к российскому рынку, в том числе и со стороны американцев. Рост этот необходимо стимулировать, что в интересах как России, так и США. К сожалению, богатые возможности России, обладающей наряду с другими природными ресурсами большими запасами энергетического сырья, не были использованы вне рамок пассивных коммерческих операций, а возможности такие представлялись. Вспомним нефтяной шок в начале 70-х годов, когда интегрирующейся Европе были очень нужны энергетические ресурсы. В те времена Европа, несмотря на давление американцев, приступила к развитию контактов с СССР в сфере нефти и природного газа. Идея «энергомоста» получила более конкретное оформление в 1986 году с началом «перестройки». В то время высокопоставленные представители европейских стран начали диалог по поводу включения Советского Союза в общеевропейское энергетическое пространство в обмен на инвестирование в наш ТЭК ( ТЭК — топливно-энергетический комплекс).

Реализация этого плана была заторможена низкими ценами на нефть, которые сохранялись более десяти лет, и вопрос об инвестициях постепенно потерял свое значение. Однако сложившаяся затем ситуация вновь поставила ЕС в трудное положение. Потребность в энергоресурсах возросла, выросли цены на нефть, а конфликты и общая нестабильность на Ближнем Востоке не сулят европейцам ничего хорошего. На нефть приходится почти половина потребляемых Европой энергоресурсов, импорт составляет 70% их потребления. Возникшие сложности чреваты нежелательными экономическими, политическими и социальными последствиями. России как обладательнице больших запасов энергоресурсов выгодно диверсифицировать их экспорт, имея в виду, в частности, Турцию и Китай. Учет перечисленных обстоятельств побудил ЕС поторопиться с разработкой стратегии энергетического развития до 2020 года, в котором главное место отводится сотрудничеству с Россией. Известно, в частности, что Евросоюз намерен увеличить экспорт российского газа с 80 до 150–160 млрд кубометров. Возникает вопрос — сможет ли Россия воспользоваться ситуацией и увеличить значительно свои поставки в Европу, что имело бы очень важное значение для развития отношений с Евросоюзом? Да и у Америки есть проблемы с энергоресурсами.

Одно развитие событий на мировом рынке нефти показало, что Россия сохраняет возможность использовать с выгодой для себя имеющиеся у нее возможности. В США не может не вызвать озабоченности их зависимость от ценовой политики ОПЕК да и вообще от нестабильной обстановки на Ближнем Востоке. Американцы явно не хотят платить нефтедобывающим странам за их богатство. Россия такую позицию поддерживает: установленные цены на нефть позволили ей дополнительно привлечь в свой бюджет значительные средства. В то же время политика ОПЕК не устраивает США, которые готовы, судя по всему, вести упорную ценовую войну, углубляя тем самым по сути дела экономические противоречия с Россией. Кроме того, США собираются разрабатывать собственные месторождения и использовать стратегические нефтяные резервы. Соединенные Штаты до Второй Мировой войны были крупнейшим экспортером минерального сырья, но поскольку потребность в топливе и сырье росла быстрее, чем их добыча, они превратились в крупнейшего их импортера, главным образом — нефти, железной руды, цветных металлов. В энергопотреблении США ведущее место занимают нефть и природный газ. Американцы уже давно озабочены проблемой достижения «независимости» от импорта нефти, а сложившаяся в начале XXI столетия конъюнктура на мировом рынке энергоносителей еще больше эту проблему обострила. Не подлежит сомнению, что это обстоятельство будет играть определенную роль в выработке Штатами своей внешнеполитической стратегии, а нефтедобывающие страны постараются использовать его в своих интересах. Потребители в США обнаруживают нежелание платить большие деньги за нефть в условиях значительного замедления экономического роста, падения курса акций на фондовом рынке. При неустойчивой конъюнктуре на мировом рынке нефти решение назревших проблем в нефтяной отрасли России приобретает особую актуальность, в том числе и в плане развития взаимовыгодных экономических отношений с Соединенными Штатами.

Во второй половине ХХ века западные компании практически потеряли все свои концессии в развивающихся странах, и в 1983 году начались торги фьючерсами на Нью-Йоркской товарной бирже. В XIX веке мировые цены на нефть определялись одним человеком — Джоном Рокфеллером, владельцем нефтяной монополии «Стандард Ойл Компани». Во второй половине прошлого века цены на нефть регулировали монархи Саудовской Аравии, самого крупного экспортера нефти. В 1983 году к Нью-Йоркской бирже присоединилась Лондонская нефтяная биржа. Они и являются единственными ценообразующими торговыми площадками, через которые можно выйти на рынок энергоносителей. Инвесторами могут выступать российские нефтяные компании, которые уже давно начали хеджировать свои поставки и активно работать на биржах. Манипулирование ценами, сбор и анализ гигантского потока информации имеют огромное значение для выгодной торговли нефтью, в том числе и с американцами.

Энергетические проблемы США стали особенно заметны во время кризиса с энергообеспечением в «золотом штате» Калифорнии. Потерпела банкротство крупнейшая на Западном побережье США компания коммунальных услуг «Тихоокеанский газ и электричество». Губернатор штата Грэй Дэйвис потерял все шансы стать кандидатом на пост президента США, лишился репутации победителя на губернаторских выборах 2002 года в одном из богатейших штатов страны. В печати промелькнули замечания о том, что нечто подобное может произойти и с Дж. Бушем. Рост коммунальных расходов больно ударит по основной части калифорнийских предприятий, являющихся наиболее «расточительными» потребителями электроэнергии и газа. Это вызовет «вымывание» из Калифорнии предприятий наиболее передовых отраслей производства, большая часть которых (особенно там, что размещена в Силиконовой долине) представляет наукоемкие отрасли с высокой степенью компьютеризации. Одновременно будет происходить переориентация новых, только еще проектируемых предприятий с Калифорнии на другие штаты. Откачка капитала из «золотого штата» неизбежно приведет к утрате Калифорнией статуса процветающего, одного из богатейших штатов. Это обстоятельство с учетом непростых отношений с ОПЕК и тревожной ситуацией на Ближнем Востоке побуждает США зондировать возможность использования энергетических ресурсов России. Для нашей страны ее естественные богатства, например, энергетическое сырье, могут быть средством обеспечения эффективной геостратегии путем развития взаимовыгодных связей с различными интеграционными группировками, в первую очередь на евроазиатском пространстве, а также в торгово-экономических отношениях с заокеанскими партнерами. Если запасы естественных ресурсов неизбежно идут на убыль, а сырьевой бизнес, и в особенности торговля энергетическим сырьем, подвержены непредсказуемым, быстрым и неожиданным колебаниям рыночной конъюнктуры, то за экономической интеграцией и развитием коммуникации всех видов — будущее.