Как снять фильм в отпуске. Пособие от Майкла Уинтерботтома

Находящийся не в лучшей форме режиссёр Томас Лэнг (Даниэль Брюль) приезжает в Италию, чтобы снимать фильм про убийство студентки, которое произошло 4 года назад и оставило много вопросов. События будущей картины продолжают развиваться прямо перед ним — громкое дело находится на стадии апелляции. Томас спит с журналисткой (Кейт Бекинсейл), употребляет наркотики, читает Данте, гуляет с Карой Дельвинь и скучает по дочери.

Уинтерботтом не объясняет зрителю, почему, собственно, это убийство заслуживает внимания. Не знает этого и главный герой — книгу про события расследования он от скуки читает в самолёте, и, судя по всему, берётся за проект, только чтобы сбежать от гулящей жены и собственной неуверенности. Кажется, Уинтерботтом тоже ознакомился с материалом где-то между дублями «Генуи» (очень похожая архитектурно на «Лицо ангела» картина, с подозрительно похожей на Кару Дельвинь актрисой Уиллой Холланд) или «Поездки в Италию» (продолжение гастрономического путешествия со Стивом Куганом 2014 года). Средиземноморские виды полюбились режиссёру, и где-то там, в прохладном Амальфи, наслаждаясь ризотто с трюфелем, Уинтерботтом, обалдев, видимо, от окружающей природы, решает, что нужно снять фильм о любви и красоте, и тут очень кстати приходится прочитанная когда-то история про убийство молодой девушки.

В связи с этими обстоятельствами нужно сказать важную вещь: постоянно спящий, как фата-моргана (что безумно раздражает ко второй половине фильма), режиссёр Томас Лэнг— это аватар режиссёра Майкла Уинтерботтома, и именно это неожиданно делает картину хоть сколько-нибудь интересной. Полтора часа профессиональной самокритики, творческий кризис, аморальные журналисты, иллюстрации из Данте Алигьери, дебют Дельвинь и очень серьёзные лица. Главный герой думает, о чём снимать свой фильм, тем же параллельно занимается Уинтерботтом. Похоже на эмпирический эксперимент. Что же, нам остаётся только выключить мышление и заняться познанием.

Главная претензия к реальному расследованию, которое закончилось только в марте 2015 года, относилась к итальянскому правосудию. Огромное количество нестыковок в логике расследования, путаные показания свидетелей, смены судей и адвокатов — эти и другие детали дали повод мировой общественности засомневаться в качестве итальянской судебной системы, а также пищу для нескольких книг и одного мокьюментари фильма. Вероятность судебной ошибки взбудоражила политиков, журналистов и режиссёров.

Вполне конкретную и прямолинейную структуру детектива режиссёр размывает плачем об убитой девушке, а плач, в свою очередь, который, казалось бы, должен прекратиться и стать вскоре какой-то более витальной эмоцией, только усиливается и усиливается. Имей в виду, родитель, твой ребёнок может не вернуться вечером домой, потому что гуляет со своими кудрявыми друзьями, которые без особой причины пырнут его ножом. Но не волнуйтесь — пырнут его безумно красиво. Более того — убийцы сами будут прекрасны, как боги. Студентка Мередит романтично ходит по улицам в платье, в конце под титр-посвящение медленно двигает ресницами. Красоты получается в избытке. Лицом ангела можно называть и лицо убитой, и лицо убийцы, но на самом деле лицо ангела у девятилетней дочери главного героя — Беатриче.

Единственная исследовательская радость картины заключается в цитировании «Новой жизни» Данте. Заметившие это зрители должны что-то почувствовать, но зрителей, которые посмотрели этот фильм, очень мало, поэтому спросить не у кого. Для Данте число девять символ универсума и связано с философскими, богословскими и космологическими представлениями. Девять кругов ада и рая, девять планет в солнечной системе, девять муз в древнегреческих мифах и девять даров Святого Духа в христианстве. Число девять это ещё и круг (отсюда деление на 90 и 360 градусов), что намекает на главный цикл всего сущего — жизнь и смерть. Но про символику чисел в средневековой культуре лучше узнавать у Данте, а не у Уинтерботтома.

Рассказ про провал картины в прокате уместно начать фразой главного героя: «Так как все хотят смотреть про убийства…», и закончить: «Уинтерботтом решает снимать про любовь». Детективная история прошприцовывает сюжет примерно половину фильма, а потом, вместе с изменением темпа, превращается в экзистенциальный лабиринт, где меланхоличность сменяется беспокойством, а страстная романтическая любовь становится нервной любовью родителя. В целом, развитие персонажа, как и сам фильм, можно вульгарно разделить на две дорожки — до и после кокаина. Именно наркотик знаменует границу, перекатившись за которую опухший ото сна герой окончательно теряется на живописных улочках города. Так же шумно как Элвис, который покидает здание, силы покидают Уинтерботтома, а следом изнеможённо роняет голову на грудь и зритель.

Для тех, кто грустит по «Круглосуточным тусовщикам», есть утешение — одна песня Joy Division в саундтреке.

«Лицо ангела» совсем не про страшное убийство молодой студентки, а только про немощного режиссёра и красивые улицы Сиены. Неслучайный кастинг, где из дочери Томаса вырастает девушка, похожая одновременно и на убитую и на подозреваемую, намекает только на то, какой плохой может получиться отец из творческого человека. В отличие от Кевина Смита, Уинтерботтом не такой хороший папаша своим зрителям. Постоянными мучениями Лэнг напоминает героя Вэла Килмера в «Между». Особенно часто вспоминается великая сцена про туман.

Так же как бабушкина квартира отличается запахом газа и лука, так же фильм Уинтерботтома выделяет бесконечная меланхолия, причины появления которой сможет разгадать только, наверное, Кип Торн, и то, исписав не одну меловую доску. Очень хочется предположить, что весь фильм мы следим за сном главного героя, и будет сцена после титров, где он наконец проснётся. Но, к сожалению, ничего такого не происходит. В финале выясняется, что никакого фильма не будет, так оно, в общем, и получается. Никакого фильма нет. Если говорить про кризис режиссёра, который не знает, как делать своё кино, то Уинтерботтом не дотягивает до золотых баллов, что говорить про сакральные 9, и покидает прекрасную Италию. Счастливого полёта.