Моральный ущерб

Нашему доберману Рубину сосватали доберманиху.

– Ох, — сказала мама, — не знаю, что и делать. Надо куда-то деть кота. Рубинчик, конечно, рванёт к ней, а она рванёт за котом, и они тут всё разгромят или меня угробят.

– Спокойно, мам, — сказал я. — Кота запрём в душевой кабинке.

– А он не обидится?

– С чего бы?

– Ну как же. Ему операцию сделали и в кабинке запирают, а Рубинчику девочек возят.

– Не говори глупостей. Коты не обижаются на такое.

– Откуда ты знаешь?

Авторитетного источника у меня не было, и я промолчал.

– И постели ковролин, а то будет как вчера.

Вчера было весело. Кота мы убрать не догадались, и он забился под диван. К счастью, собачьей паре оказалось не до Шизика, у неё были свои проблемы. Лапы кобеля скользили на гладком полу, он постоянно пролетал мимо цели. Через некоторое время Рубину это надоело, он вздохнул и ушёл на лежанку. Сука и суковладельцы были разочарованы, но не собирались уезжать, не получив желаемого. Рубинчика тащили на поводке, обещали ему вкусняшки, ругали и стыдили, но он предпочёл отдых сексуальным утехам.

Доберманиха тем временем осваивалась в квартире, будто пришла сюда поселиться навсегда. Обнюхала миску, попила воды, полежала на диване. Каждый раз, когда она проходила мимо лежанки Рубина, в его глазах возникал слабый интерес. Так в проводнике возникает электрический ток, когда около него двигается источник магнитного поля.

– Слушайте, да он на её походку реагирует, — заметил владелец доберманихи. — Бася, завлекай его, хвостом крути. Таня, поводи её активнее.

Таня и Бася послушались, дело пошло на лад, но в самый драматичный момент из-под дивана осторожно вышел кот. Бася сразу забыла о важной миссии зачатия новых доберманчиков и бросилась на Шизика. За ней, сопя от вожделения, скакал Рубин. За Рубином на коротком поводке волочилась мама. Кот, убедившись, что его торжественное появление наделало достаточно шума, отступил обратно под диван.

Момент был упущен. Нового пришлось ждать минут сорок. Басю водили туда и сюда перед носом пресыщенного жизнью Рубина, пока он вновь не соблазнился её походкой. Все устали и были взвинчены. Уезжая, владелец доберманихи сказал:

– Лентяй он у вас. И эстет. Но хорош, красавец. И спокойный какой! Завтра придём в это же время. Только вы купите кусок ковролина, чтоб лапы не скользили, и кота куда-нибудь уберите.

Кусок ковролина (про себя я назвал его «сексодром», но маме, конечно, не сказал) я постелил, а кота запер в душевой кабинке. Чтоб Шизик не скучал и не обижался, положил ему сосиску.

На этот раз с доберманихой приехало трое: хозяева и разбитная тётка, которую представили нам как Наташу, инструктора по вязкам. В маленькой квартире сразу стало тесно, и я спустился во двор покурить. На лавочке у подъезда курил Толик-алкоголик, как обычно слегка под хмельком.

– К вам прямо целая делегация! — сказал он. — Зачем столько народу с одной собакой?

– Хозяева и инструктор по вязкам, — ответил я.

Толик уставился на меня.

– Это как?

– Собачий секс-инструктор.

– Ничего себе работа!

– Да уж получше некоторых, — сказал я, намекая на перманентную толикову безработность.

Без кота, с ковролином и инструктором всё получилось ловко и быстро. Когда Рубин попытался увильнуть от исполнения кобелиных обязанностей, Наташа рявкнула на него: «Куда пошёл? А ну работать!», и доберман покорился своей нелёгкой доле.

Пока собаки отдыхали, а хозяйка доберманихи заполняла документы на вязку, Наташа развлекала нас байками из трудовой жизни собачьего секс-инструктора.

– В прошлом году пригласили меня на тибетских мастифов. Ну знаете, наверное, модная порода: вооотттакенные зверюги мохнатые с пастью как чемодан. Так кобель в момент экстаза от восторга укусил меня за голову. Ну как укусил… взял в пасть и обслюнявил. Хозяин на него заорал, он меня сразу и выплюнул. Но перепугалась, конечно. На следующий день прихожу, а хозяин встречает меня в дверях и подаёт строительную каску оранжевую. В подарок, говорит, для безопасности и за моральный ущерб. Я теперь к тибетским мастифам только в этой каске хожу.

Когда я спустился проводить гостей до машины, Толик, по-прежнему сидевший на лавочке, кивком поманил меня.

– Слушай, а секс-инструктор которая из них? — прошептал он мне в ухо. — Рыжая крашеная или тощая блондинка?

– Рыжая.

– Так и знал. Интересная какая женщина.

– Толик, даже не думай, — сказал я. — Ты у неё будешь работать, как дрессированный.

Толик, похоже, уже меня не слушал. Он провожал фигуру удаляющейся Наташи точно таким же взглядом, каким недавно Рубин смотрел на доберманиху.

***

Через несколько дней мама позвонила мне на работу и встревоженно сказала:

– Знаешь, а Шизик всё-таки обиделся на нас.

– С чего ты взяла?

– Странно себя ведёт. Сидит всё время возле двери ванной и пытается туда прорваться. А когда я его впустила, влез в душевую кабинку, сидел там и орал, будто упрекал, что мы его там запирали.

– Ой, мам, не выдумывай. Просто выдай ему сосиску. За моральный ущерб.

– При чём тут сосиска? Не хочешь же ты сказать, что он там из-за сосиски сидит?

– Именно.

– Откуда ты знаешь?

Аргументов у меня не было, и я промолчал.

– И представляешь, я вчера Наташу эту встретила. Прямо возле самого нашего подъезда. И знаешь с кем?

– Неужели с Толиком?

– Именно! Как ты догадался?

– Интуиция, мам.

Когда через неделю я пришёл навестить маму, у подъезда стояла незнакомая «восьмёрка». На водительском месте сидела Наташа. Дверь машины приоткрылась, и я вздрогнул от раздавшегося зычного крика:

– Анатолииииий! Бегом! И каску возьми!

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.