Актуальное о коррупции.
Как известно, коррупция — это использование властью своих полномочий, связей, авторитета и возможностей в личных целях. Как показывает история, коррупция частенько идет рука об руку с непотизмом — когда всяческие привилегии достаются родственникам, друзьям и знакомым власть имущего, вне зависимости от его личных качеств. По нашему субъективному мнению, ярчайшим примером этих явлений являлся Александр Данилович Меншиков, о котором мы сегодня и расскажем. А поможет нам в этом первое каменное здание Санкт-Петербурга — Меншиковский дворец.

История помнит его первого владельца, Александра Даниловича Меншикова, не столько как выдающегося (а он таким был) военного и государственного деятеля, сколько как впечатляющего взяточника и казнокрада (таковым он, несомненно, тоже являлся).
Общеизвестно, что за свою долгую политическую карьеру Светлейший князь наворовал несметные богатства стал владельцем бескрайних земельных угодий. С его орденами было бы не стыдно оказаться в ряду генералов армии КНДР, а списку его титулов позавидовала бы и Дейнерис Бурерождённая (которая Неопалимая Матерь Драконов и вот это всё). Историй об алчности адмирала и генералиссимуса Меншикова хватило бы не на один пост, но для иллюстрации мы ограничимся одним курьёзом: единственным мужчиной, награжденным традиционно женским орденом Святой Екатерины, стал никто иной, как сын Светлейшего князя — Александр Александрович Меншиков.

Конечно, не все “заводы, газеты, пароходы” Светлейшего князя были нажиты нечестным путём. Например, земли под дворцы (недвижимость в самом центре юного Санкт-Петербурга и для загородной резиденции), были пожалованы лично неким Петром I за заслуги в ходе Северной войны. Генералиссимусу досталась одиннадцатая часть от присоединённой территории на побережье Финского залива и в устье Невы.
Дворец на Васильевском острове стал не только первым каменным зданием молодого города, но и самым солидным и приличным местом для приёма важных заграничных гостей. Дворец с лёгкой руки монарха назвали Посольским домом и проводили там все торжественные мероприятия, включая даже свадьбы цесаревича Алексея Петровича и будущей императрицы Анны Иоанновны.

Да, несомненно, князь Священной Римской империи, герцог Ижорский и просто первый губернатор А.Д.Меншиков был алчен до денег, титулов и званий. Но справедливо также и то, что гигантские расходы, растраты и банальное воровство в особо крупных возникло не на пустом месте. “Вороватая, но верная” правая рука Петра I, по сути, начал свой порочный путь по вине самого государя. Пётр, будучи очень скромным в быту, обожал всяческие попойки и пирушки, банкеты и ассамблеи, фейерверки и маскарады, которые стоили весьма недёшево. Во-первых, их было не просто много, а чертовски много (праздновались победы, годовщины побед, дни рождения, именины, крестины примерно всех, спуски кораблей, похороны (таки да) и, как мы писали выше, свадьбы). Во-вторых, только на порох для пальбы (без которой Пётр не мог от слова “совсем) уходили баснословные суммы, чего уж говорить о посуде из драгметаллов и вообще приличествующей обстановке.

Понимаете, к чему мы ведём? Чаще всего подобные увеселения для царя по собственному его величества приказу устраивал непосредственно сам Меншиков. Несмотря на совсем нескромные доходы с имений и скромненькое в сравнении с ними жалование сановника, только своими средствами князь справиться не мог.
А царь такую роскошь не просто поощрял, а чуть ли не требовал её от своего фаворита. Говорят, что когда в 1723 году император навестил своего сподвижника впервые после опалы, он остался недоволен грубыми обоями и недостаточно роскошным интерьером дворца. Меншиков оправдывался тем, что был вынужден продать всё это для уплаты штрафа в казну (за то, что предварительно оную обокрал), однако Пётр строго отчитал приближённого и велел исправиться к следующему монаршему приезду. Надо ли говорить, что Меншиков немедля поспешил возвратить роскошь обратно!


Но отмазка про капризы Петра Великого работала для Светлейшего только до 1725 года. После смерти императора Меншиков продолжал прежний образ жизни, не смог остановиться и обнаглел до ссылки в Берёзов и лишения всего, кроме счетов в заграничных банках.
Дело в том, что 1727 году юный император Пётр II, который находился под очень плотной опекой Меншикова, не мог самостоятельно передвигаться без разрешения Светлейшего князя. Генералиссимус действительно заботился об образовании молодого монарха, но не учёл полномочий бунтующего подростка и не уследил за тем, в какую компанию тот может попасть.

А Пётр попал под влияние собственной бабушки, тёти Елизаветы Петровны, а также старой аристократии. Чтобы настроить императора против всесильного князя, им всего-то и понадобилось, что разрешить мальчику пировать и охотиться вместо скучной учёбы.
Проще говоря, Меншиков нарушил главное правило: “Если ты коррупционер в стране, где отсутствует демократия, а все решения принимает один человек, не беси его”.
Originally published at telegra.ph on August 28, 2017.