Спираль “Квадрата”, или Искусство жить вне рамок
“Станет ли ваша сумочка произведением искусства, если положить ее в музее?” Жизнь — это личный перфоманс? Мы — актеры, зрители или кураторы собственного проекта? Не шекспировская, но драма с элементами гротеска, абсурда и тонкого юмора — в шведско-немецко-франко-датском фильме Рубена Эстлунда “Квадрат”. Фильм получил “Золотую пальмовую ветвь” 70-го Каннского кинофестиваля и номинирован на “Оскар” (интрига борьбы впереди).
Главный герой фильма Кристиан (в блестящем исполнении Класа Банга) — куратор музея современного искусства. Он ездит на “Тесле”, живет в стерильной большой квартире, днем произносит пламенные и театрализованные речи о современном искусстве, ночью зажигает на дискотеках, носит дорогие костюмы и даже иногда воспитывает двух дочерей. Его жизнь легка, изящна, прогнозируема, и единственный стресс — утреннее похмелье. Конечно, он, как и все неглупые и не лишенные сердца люди, купающиеся в благополучии, хотел бы хоть иногда проявить свою доброту и человечность. Но… нищие так нагло-назойливы, так неопрятны, выглядят как массовка и декорации для арт-объекта, что он брезгливо проходит мимо. Но однажды Кристиан невзначай и почти нехотя участвует в уличной сцене, спасая девушку от агрессора. Радостно вздыхает, ощущая как треснула его стеклянная колба, и…не находит своего бумажника, телефона и “дедушкиных запонок”. Сцена спасения оказалась мистификацией, как и кучки гравия в музейном зале — для доверчивых и равнодушных.

Жизнь — веселая и азартная игра, так решает для себя любимчик судьбы Кристиан, и пускается в авантюру: выслеживает свой телефон в неблагополучном районе, едет туда на своей дорогой машине и в каждый почтовый ящик закидывает письмо с обвинением. Он выходит за пределы квадрата, в котором правила игры известны, и вступает на территорию, где плачут дети, лают собаки, мерцает свет, где его не может защитить ни социальный статус, ни деньги, ни образование, ни мужское обаяние.
Вообще-то “Квадрат” — это проект, который готовит музей. По задумке художницы квадрат должен стать местом, где человек почувствует себя в безопасности. Хоп! — и ты в норке. Только эта норка выглядит, скорее, ловушкой, социальной маской, стеной, забором, пустотой гуманистических лозунгов, за которыми — страх, иллюзия благополучия и защищенности. Квадратов в фильме много: это и очки Кристиана и директора музея (очень похожую по повадкам и внешне на Ольгу Свиблову); и зияющие провалы лестничных пролетов, которые то сужаются, то расширяются, как зрачки Кристиана; и обманчивая защита коробки машины; и двор музея с ироничным названием “X-Royal”; и пустынная холодная квартира Кристиана; и коридор многоквартирного дома, по которому зигзагами, как на поле боя, бегал главный герой.

Один детский шаг, породивший другой легковерный шаг, и вот Кристиан ощущает, как мир наполняется “другими” — не арт-объектами, а неуправляемыми людьми, пугающими упрямыми и жестокими попытками достучаться до его сознания. С другой логикой, другими правилами жизни, другими целями. И в стерильном мире с гуманистическими девизами, полном политкорректности, уже не получается не замечать, делать вид, что это декорации, и надеяться, что рассосется как-то само. Это не безобидный, хоть и социально неприемлемый и раздражающий человек с синдромом Туретта.
Рубен Эстлунд выворачивает наизнанку “квадрат” и всю мифологию современной европейской жизни и современного искусства. В жизни перфоманса больше, и люди без специального образования осваивают необходимые навыки доведения до совершенства своего месседжа с целью получить желаемое; жизнь взрывает правила, стоит только открыть дверь в своей норке. А музей — как искусственное пространство замершей жизни, где все страшное и непонятное — в очерченной границе или за стеклом.

Самые смешные сцены связаны с ритуальными плясками вокруг использованного презерватива. И тут победила бесстрашная героиня Элизабет Мосс. Борьбу за презерватив выиграла, но в попытках достучаться до чувств и втянуть в отношения проиграла. В глянцевой жизни Кристиана нет места привязанностям и ответственности.
Самые страшные сцены , где нам вдумчиво показали все оттенки реакций на внезапную жестокость и на “другого”,— в золотом зале с роскошно одетыми мужчинами и женщинами в ожидании эстетических и гурманских развлечений. Кульминация гротеска — с участием “арт-объекта “ Олега Рогожина (прототипом, вероятно, стал московский акционист Олег Кулик).
Нам искусно рассказали историю. Лаконично, авангардно, с элементами шока и разрыва шаблонов. Сценарий выстроен классически, подведя симпатичного зрителю главного героя к глобальным изменениям. Фильм идеален визуально и ритмически — как музыкальное произведение. На него как бы наложили стандарты современного искусства: вы хотите модного эстетического удовольствия и причастности к интеллектуальному гламуру? — пожалуйста. Дали и … опрокинули наши ожидания и уютный мирок главного героя. Это гротеск, но осмысленный; ирония, но не холодная; надежда, но не слащавая.

“Квадрат” Рубена Эстлунда конкурировал за “Золотую пальмовую ветвь” с “Нелюбовью” Андрея Звягинцева. Удивительно, но при всей разнице повестки европейской и российской жизни, эти фильмы перекликаются и в деталях (“ а был ли мальчик?”), и в глобальном ощущении пустоты (лестничные воронки “Квадрата”), и в одиночестве героев, их страхе знать и понимать больше, чем диктуют социальные правила и нормы. Звягинцева обвиняют в морализаторстве, но как раз Эстлунд устами главного героя проговаривает проблему для всех, кто вдруг не догадался, тогда как Звягинцев только показывает, но делает это так, что даже толстокожие ощущают мучительный зуд и сосание под ложечкой. И у обоих есть надежда. Но у Эстлунда это как индивидуальное прозрение, а у Звягинцева — как социальное движение, через которое европейцы уже давно прошли.
Обязательно посмотрите “Квадрат”. Это не скучный интеллектуальный снобизм, это смешно, это увлекательно, это познавательно, это сопереживательно. Я планирую еще раза 2 посмотреть, не меньше.
5/5
