История о том, как люди взрослеют

Странное это слово — прокрастинация, хотя на самом деле мне кажется, что если что-то не пишется, или не случается — значит, еще не время.

Всем привет, меня зовут Таня, и…я не знаю, как представляться. Обычно я говорю что-то по типу “Я главный редактор сайта nn-stories.ru”, потому что я в данный момент я занимаюсь всем, чем только можно, что связано с этим проектом. Но вообще, я райтер, журналист, контент-менеджер, что-то из этого всего, собранное воедино и приправленное личными историями.

Истории. Я все никак не могу заставить себя начать вести Медиум, хоть и надо, хоть и веду дневники всю жизнь, и чувствую потребность рассказывать свои истории не только рабочими статьями, но и своими словами. Вот только последнее время пишется мне только о личном, но еще лучше о личном молчится.

Сегодня с утра было дико холодно, а я, переборщившая с физической нагрузкой в последние два дня, двигаться не хотела вообще, довезла ребенка до садика на такси и короткими перебежками от трамвая до маршрутки добралась к офису. Я ехала и читала книгу, причем какое-то долгое время я не читала ничего из-за информационного перегруза, а сейчас наконец снова нашла в себе желание и милы на восприятие новой и нерабочей информации. Некоторые книги читаешь и понимаешь, что они настолько “твои”, что даже страшно, вот как “Атлант”. Что меня больше всего там поражает (я где-то на середине), что, не смотря на то, что это по сути-то книга про деньги, движущей силой, отдушиной для всех двигателей этого мира все равно остается любовь, ведь не совещаниями жила Дагни, а ночами с Реардэном.

И где-то на Канавинском мосту я подумала, что человек — это тот же сосуд. Мы заполняемся каким-то одним ключевым чувством, но до определенного момента. Если у нас из жизни уходит что-то, что это чувство пробуждало, внутри остается пустота, и вот эту уже пустоту заполняет новое чувство, вот только мы не всегда властны над тем, что приходит вместо только что ушедшего. Это к тому, что я так часто смотрела на людей и думала, откуда же в них столько ненависти, столько злости. Теперь я знаю, откуда. От пустоты.

Мы долго осознаем себя детьми, где-то на уровне 9 лет, но иногда наваливается такая ответственность, что хочешь — не хочешь, а начинаешь взрослеть. Вот я, кажется, повзрослела. И не могу сказать, что мне это не нравится.

One clap, two clap, three clap, forty?

By clapping more or less, you can signal to us which stories really stand out.