Англо-русское двуязычие и поколение Russian 1.5 в среде иммигрантов-выходцев из постсоветского пространства: о проблеме и одном из вариантов её решения.

В Калифорнии русскую речь можно услышать очень часто: на улице, в магазине, в банке, да и в любом государственном учреждении. Есть теле и радиовещание на русском языке, газеты и журналы; работают чартерные школы для детей из русскоязычных семей; в библиотеках есть раздел книг на русском языке. С другой стороны, иммигранты бесплатно изучают английский в школах для взрослых и общественных колледжах. Казалось бы, существуют все возможности для расцвета двуязычия. Как же на самом деле обстоят дела с двуязычием среди русскоговорящих калифорнийцев?

Разумеется, всё зависит в первую очередь от социального и образовательного уровня взрослых переселенцов. В Калифорнии они говорят на том же русском языке, на котором говорили дома — или почти на том же. Переехав в США, переселенцы сталкиваются с огромным количеством реалий, не существовавших в их родной стране — начиная с самых обыденных: kitchen counter, counter tops, blinds, bathroom handlebars… Попросите своих знакомых — выходцев из Роcсии, Украины, Молдовы — перевести эти слова на русский язык и понаблюдайте за их реакцией. Даже те, у кого за плечами высшее образование, вряд ли с готовностью выдадут вам русский эквивалент. Дело в том, что в быту они используют английские слова для обозначения всех этих реалий. Россияне, занимающиеся импортом товаров из Европы, разумеется, вынуждены были дать названия каждому предмету, так что устоявшийся перевод для каждого из этих слов есть, но в словарях его не всегда можно найти.

Примечательно, что помимо названия реалий, не существовавших в их предыдущей, “до-американской” жизни, русскоязычные иммигранты начинают обильно использовать в своей речи такие вкрапления, как “гарбидж”, “лоер”, “корт” (в значении “суд”), “такса” (в значении “подоходный налог”), “трак” — всех не перечесть. Безусловно, у каждого их этих слов есть всем известные русские эквиваленты, но подавляющее большинство русскоязычных почему-то предпочитает говорить на такой ужасающей смеси английских слов и русской речи. Известные примеры “Пойдём ланчанём!” и “Вам послайсить cыр или целым писом?” уже цитируются как анекдоты. В результате таких заимствований (варваризмов, как они называются в языкознании), русская речь в устах большинства переселенцев становится ненормативной.

Дети русскоязычных переселенцев, родившиеся в США или попавшие в эту страну до окончания средней школы, неизбежно усваивают этот семейный вариант “калифорнийского русского” и воспринимают его как единственно возможный. Даже в том случае, когда новое поколение русскоязычных американцев получает хорошее образование в колледже и университе и становится образованными носителями английского языка (well-educated native English speakers), их родной русский язык остаётся на уровне человека, не получившего полного среднего образования. Например, такой выпускник американского колледжа или университета свободно использует в английской речи такие выражения, как stumbling block, the benefit of the doubt, opportunity cost, conventional wisdom или терминологию (chromosome set, litmus test, revenues and expenditures), но совершенно не в состоянии перевести их на русский язык без словаря. Можно ли говорить в этом случае о полном двуязычии молодых русских калифорнийцев? Я бы назвала таких носителей русского языка “Russian Generation 1.5”. С каждым новым поколением, сфера применения русского языка в семьях таких носителей будет сужаться, англоязычных вкраплений будет становиться всё больше и больше, а следовательно, обеднённость языка приобретёт необратимые масштабы.

США нуждаются (по разным причинам) в хорошо образованных носителях русского языка. Поэтому описанная выше проблема носителей унаследованного языка, хорошо известная в академических кругах — это не только личная проблема каждого носителя. Cуществуют и варианты её решения. Один из наименее дорогостоящих вариантов — это просвещение.

Курс русского для носителей унаследованного языка (heritage speakers), основанный на использовании такого учебника, как “Russian: From Intermediate to Advanced” авторского коллектива Olga E. Kagan, Anna S. Kudyma, Frank. J.Miler, помогает развить социокультурную и социолингвистическую компетенцию в русском языке и даёт возможность молодым русским калифорнийцам перейти от cтатуса “Russian Generation 1.5” к полноценному владению языком. Такой курс уже более трёх лет предлагается в Университете Калифорнии UCLA в Лос -Анжелесе, а в с нынешнего года — и в филиале “West Sacramento Center” Городского колледжа Сакраменто (Sacramento City College). Отзывы — как об учебнике, так и о курсе — хорошие; cтуденты с энтузиазмом осваивают новую лексику и учатся рассуждать на академические и общественно-политические темы, а главное, начинают осозновать необходимость привести свою речь в соответствие с критериями, принятыми в среде образованных людей. “Аплаить на курс” и “подписать у дина” становятся для них неприемлемыми, и, как бы нелегко это ни давалось, cтуденты стараются обходиться без варваризмов.

Насколько выпускники таких курсов смогут изменить социолингвистический климат русскоязычной диаспоры Калифорнии — покажет будущее. Но по мере того как всё большее количесто англоязычных калифорнийцев овладевает русским языком, шансы на то, что носитель безграмотной, перемешанной с английским языком речи будет восприниматься как образованный человек, неизбежно уменьшаются.

Found this post useful? Kindly press the ❤ button below! Thank you!