“Аритмия” Хлебникова: пациент скорее жив

Трудно привести пример более сильного зрительского ожидания. “Аритмию” хотели увидеть. Не из-за наград и хвалебных рецензий, а хотя бы просто из-за того, что трогательные афиши, чудесно вписавшиеся в осенний ландшафт, обещали нежную, знакомую каждому историю. А ещё потому, что давно не видели доброго русского кино. То, что “Аритмия” будет доброй, никто не сомневался.

постер к фильму Бориса Хлебникова “Аритмия”, 2017

Коллективная интуиция не подвела: фильм Бориса Хлебникова оказался действительно близким современному зрителю, ведь герои кинокартины — самые обычные люди, врачи-трудяги, а ещё супруги на грани развода — Катя (Ирина Горбачёва) и Олег (Александр Яценко). Спасая чужие жизни, чередуя ночные дежурства и посиделки на кухне с бутылкой красного, они проморгали первые симптомы своей болезни, а может, думали, что само рассосётся. В итоге — флюс надувного матраса, похмельная мигрень и закономерная фрустрация. И это только завязка. На протяжении всего фильма герои будут пытаться решить не только личные, но и врачебные, глубоко этические проблемы.

Откровенно говоря, любовная линия, претендующая на главную сюжетную, оказалась пунктирной. В ней отсутствуют значительные фрагменты фабулы. Например, зритель может только догадываться, почему Катя решила развестись с Олегом. Он, как получается из фильма, мужик хороший, даром только пьёт много, а когда не пьёт — работает как вол на “скорой помощи”, поэтому глаза на его цветущий алкоголизм мы закрываем вместе с Катей. Интересы, друзья, работа — всё у супругов общее, и мотивы сомневающейся жены, которые скрываются за фразой “я устала к тебе лететь”, так и остаются до конца не понятными.

Однако не всё так просто. Возможно, чувствуя зыбкость любовной линии, Борис Хлебников и Наталья Мещанинова добавляют в канву фактурный социальный подтекст и развивают параллельный нарратив, связанный с врачебной тематикой. Герою раз за разом приходится бросать вызов системе в лице нового начальника подстанции. Начальник по-гоголевски карикатурный, даже обидно за него немного, что такой топорный вышел. Между ним и Олегом назревает серьёзный конфликт, который заканчивается дракой на лестничной клетке. В это же время заостряются отношения героя с женой— Катя съезжает с общей квартиры. Кажется, что это и есть те самые кульминационные точки, которые приведут к общему финалу. Но несмотря на все банальности, коих в фильме достаточно, здесь Хлебников приятно удивляет глубиной психологизма. Обстоятельства скручивают Олега в бараний рог, и он переживает не внешнюю, а внутреннюю кульминацию, задав любимой Кате простой и очень горький вопрос:“Я тебя уже потерял?”.

Структурно “Аритмия” с её недоработанными, сглаженными конфликтами, непрописанными диалогами и стёртыми “больничными” метафорами выглядит как эскиз к большой серьёзной картине. Смыслово же — как кусок самой обычной жизни, иногда банальной, нелепой, но настоящей в своей шероховатой неправильности.

Кажется, русское кино не умерло — оно просто вышло покурить.