Ivan Chermayeff: 1932–2017


Создавая какую-то иллюстрацию, инсталляцию, или какой-то логотип, плакат, etc. я ловлю себя на мысли, что мне нравится идея того, что я могу «общаться» с людьми, которых я совсем не знаю, даже не смотря на то, что мы, возможно, находимся в разных уголках планеты и никогда не говорили друг с другом. The power of visual communication, так сказать.

Но есть и другая сторона (не обязательно темная, на которую бы зазывал сам Дарт Вейдер) этой медали.

Бывает так, что мы видим какие-то работы, они нам нравятся, запоминаются, некоторые даже стали настолько привычны в нашей повседневной жизни, что нам кажется, будто они появились вместе с колесом, но мы и понятия не имеем кто их создал. И порой узнаем о человеке только тогда, когда он умер, и то если это придадут огласке в поле нашего зрение. А это поле то в эпоху интернета бескрайнее и паханное миллионами байтов.

Так к чему это я?

На прошлой неделе умер Ivan Chermayeff.

Для тех, кто не понимает кто это: узнаете этот логотип?

А этот?

Может видели когда-то эти?

Ну вы поняли уже, наверное. Иван Чермаев приложил подорожник, свою руку и свой умысел к их созданию.

А значимость его в мире графического дизайна, ушедшего и до сих пор оглядывающегося на нас, XX-го века (да и теперешнего) такова, что если бы в мире графического дизайна был свой Голливуд и «Аллея Славы» со звездами, то он бы там был своим Ингридом Бергманом, если хотите.

Вместе со своим партнером Geismar-ом Чермаев создал студию, которая очень длительное время доминировала на рынке визуальной айдентики.

Их логотипы были ужасно простыми, где слово «ужасно» употребляется только в таком контексте. Чермаев любил прибегать в ярким, основным цветам. А его политика в создании логотипа звучала так:

Обычно, уходит месяца два, чтобы прийти к нужному решению и варианту логотипа. Но это должно выглядеть так, будто на это ушло всего 5 минут.

А вот видео-анимация логотипов, созданных его студией и им самим:

Если бы вы задали Ивану вопрос о том как создать бессмертный логотип, то услышали бы ответ вроде этого:

Он должен быть универсальным, но не терять своего лица. Узнаваемые детали должны быть однозначными и простыми, но они также должны быть оригинальными. Почти всё, что мы создали, оказалось долговечным.

Но Чермаев славен не только созданием «лиц» различных проектов / компаний etc. Он с энтузиазмом маньяка любил вырезать лица (и не только) из бумаги, попадавшейся под руку в свободное время. Делал коллажи — это называется, кажется.)

И, как и подобает хорошему и значимому графическому дизайнеру (а по совместительству и иллюстратору), плакаты / обложки тоже входили в его «рацион» деятельности:

Вообще, вы наверное негласно задаетесь вопросом почему имя и фамилия сего англо-американского дизайнера звучит как русская.

Так вот. Просто, а точнее очень даже сложно, его детство началось с отца (и матери — так обычно и бывает, если вы учили биологию), который сбежал с Кавказа в Англию от событий 1917-го, а в 1940-м перебрался в Канаду (затем США) от событий 1939–1945 годов.

Отец Ивана преподавал архитектуру и ездил читать лекции по всей территории США, что влекло за собой частую смену локаций, людей и школ для детей семьи Чермаевых.

«Это было очень тяжело, ― говорит он с произношением, характерным для 40-х, как в старых голливудских фильмах, ― у меня не было друзей в детстве».

В конечном итоге глава семьи стал профессором архитектуры в Нью-Йорке, потом президентом института дизайна в Чикаго, а затем профессором в Гарвардском и Йельском университете. Сам Иван Чермаев учился во всех этих заведениях.

В Epoch Times хорошо описали тот период жизни будущей легенды графического дизайна:

Он отличался независимым подходом к образованию. Поступив в Гарвард, он пришёл к своему декану Вилбуру Бендеру и сказал, что хочет сам выбирать своих профессоров (например, Питирима Сорокина, американского социолога российского происхождения), а не посещать обязательные лекции. Кроме того, он собирается покинуть университет через два года. Он сказал Бендеру: «Я не собираюсь заканчивать Гарвард, меня не интересует диплом, я хочу научиться дизайну».
Бендер впервые услышал о графическом дизайне как учебном предмете ― в то время эта отрасль только зарождалась, но он выполнил просьбу Чермаева. «Я нарушил все правила», ― говорит Чермаев с усмешкой.
После обучения в Гарварде и институте дизайна в Чикаго он отправился учиться в Йельский университет. Факультет графического дизайна был только что основан и не имел постоянного преподавательского состава. Поэтому преподаватели всё время менялись.
Там читали лекции лучшие фотографы и дизайнеры из Нью-Йорка, включая его главного наставника ведущего американского специалиста в графике Пола Ранда. Он был всего на 10 лет старше Чермаева.
«Он знал, как объединить элементы, чтобы придать им новый смысл. Он мог придать целостность любому проекту, который делал».

Кстати, именно в Йельском университете Чермаев встретил своего будущего партнера Тома Гейзмера.

Том Гейзмер (слева) и Иван Чермаев в своём офисе в конце 60-х. На заднем плане созданная Гейзмером афиша для выставки американской графики, которая проводилась в Советском Союзе, и созданные Чермаевым плакаты американского павильона для Всемирной выставке в Монреале в 1967 г. Photo: Chermayeff & Geismar & Haviv

Несмотря на свою гибкость и открытость идеям, он ясно видит свои концепции:

Я не прислушиваюсь к людям, когда они говорят о вещах, в которых я разбираюсь лучше, чем они. В нашем деле важнее понимать, чего нельзя делать, чем знать, что можно сделать.

Примечательно то, что даже в 2010-х у Ивана Чермаева не было ни компьютера ни мобильного телефона (вы вообще себе это представляете?)

Я не прикасаюсь к компьютерам, я никогда не работал с ними ― они слишком медленные. И я не пользуюсь мобильным телефоном, у меня вообще нет никаких кнопок.

Из его интервью для designboom, которое он дал в 2007-м году, можно многое узнать о нем как о человеке.

Например, его любимой музыкой была кантри, любимый момент дня — когда приходит mail с денежным чеком, также он не любил читать много фантастики, никогда не надел бы на себя платье, и с ним долгое время жил кот по имени Wiley.

На его видение и стиль повлияли Paul Rand, Picasso, Joan Miro, Matisse.

А на вопрос что бы он посоветовал молодым людям отвечает, что нужно много рисовать, work hard, быть достаточно критичным к себе, но не позволять чему-то останавливать вас и не сходить с намеченного пути ни смотря ни на что.

Иван Чермаев — гуру визуальной коммуникации и дизайна, и он достоин намного более щепетильного материала, наполненного еще большим количеством деталей и ярких красок, чем этот мой лаконичный и ознакомительный опус.

Но теперь, при виде логотипа Mobil или Showtime, вы вспомните, что за каждой узнаваемой работой стоит личность, и в данном случае — это Чермаев. А если захотите окунуться еще немного в короткую ретроспективу его жизни и творчества, то добро пожаловать на страницу The New York Times или Designculture, где однажды вышло интересное интервью с ним.

Когда работа воспринимается как игра, нет причин прекращать работать. Я не могу представить лучшую работу.

Ему было 85. И он играл до последнего.


Минута молчания.