На первый взгляд регионы завершили 2014 год относительно благополучно: доходы их бюджетов выросли на 7%, поступления налога на прибыль — на 14%, НДФЛ — на 7%. Однако ухудшение экономической ситуации стало заметно минувшей осенью: сократились поступления налога на прибыль, а в ноябре перестали расти поступления НДФЛ. Последний месяц года переломил тенденции, но нужно понять причины этого явления. Значительный рост поступлений налога на прибыль в декабре 2014 году был связан с платежами крупных компаний (и даже переплатами по просьбам региональных властей, чтобы обеспечить выполнение социальных обязательств), а также ростом налоговой базы из-за переоценки валютных остатков на счетах компаний. Рост НДФЛ в декабре обеспечили бонусные выплаты и премии. Все эти факторы временные.

Если скорректировать динамику номинальных доходов бюджетов с учетом инфляции (11,4% в 2014 году), то картина становится гораздо менее радужной — в реальном выражении доходы бюджетов регионов в 2014 году сократились.

Население заплатит за бюджет

Кризис уже заметно сказался на социальной политике регионов. Расходы на социальные цели в среднем составили в 2014 году 62% всех расходов бюджетов регионов — по сравнению с 2013 годом (61%) заметного роста доли не произошло. Это означает, что кризис бюджетов регионов и необходимость оптимизации расходов ускорили сокращение числа учреждений социальной сферы и занятости в них, которое началось несколько лет назад.

Более того, изменились в целом приоритеты бюджетной политики регионов. Об этом можно судить исходя из структурных особенностей расходов их бюджетов . Например, Белгородской области пришлось сократить долю расходов на национальную экономику за год с 38 до 30%. Богатая Москва оптимизирует социальные расходы: сокращение с 53 до 51% за 2013–2014 годы. В Москве давно и устойчиво сокращается также доля расходов на ЖКХ, с 27% в 2008 году до 16% в 2014.

Но это не предел, в Санкт-Петербурге, например, доля расходов на ЖКХ сократилась за этот же период еще более радикально — с 28 до 13%. То есть идет перекладывание на население часть оплаты услуг ЖКХ.

На службе у долга

При этом, даже сокращая расходы, регионы все равно не могут выйти на сбалансированные расходы. Следствием дисбаланса доходов и расходов бюджетов регионов в 2014 году стал дефицит бюджетов регионов

(469 млрд рублей без Крыма). При этом дефицит был у 75 регионов (в 2013 году — 77). В Амурской области и Удмуртии дефицит достиг 21–22% доходов бюджета, в Магаданской, Костромской, Новгородской областях, республике Коми и Еврейской автономной области — 16–17%. В основном это среднеразвитые регионы с недостаточными собственными доходами и относительно невысокой долей трансфертов. «Середняки» оказались самыми уязвимыми. Наиболее благополучны бюджеты Сахалинской области и Крыма (профицит 14–15%), Ленинградской области (11%) и Тюменской (4%) областей, а также ее автономных округов. Высокодотационные республики Алтай и Ингушетия смогли сохранить профицит благодаря росту федеральных трансфертов на 22–34% в 2014 году.

Тревожно выглядит и долговая проблема. Суммарный долг регионов и муниципалитетов на 1 января 2015 года вырос до 2,4 трлн рублей

и превысил треть от налоговых и неналоговых доходов консолидированных бюджетов регионов (без учета трансфертов). В 47 регионах долговая нагрузка больше половины их налоговых и неналоговых доходов. Выше всего долговая нагрузка на Чукотке (125%), в Смоленской, Костромской областях, Мордовии (более 100%), республиках Карелия и Удмуртия, Белгородской, Вологодской, Астраханской, Пензенской, Саратовской, Амурской областях (80–96%).

Об ухудшении состояния регионов говорит и структура долга региональных бюджетов: с июля 2014 по январь 2015 года доля кредитов коммерческих банков выросла с 39 до 45%,

а доля бюджетных кредитов с более льготными ставками и возможностью пролонгации сократилась до 32%. Появилось даже предложение «простить» регионам бюджетные кредиты. Если оно будет принято, повезет тем регионам, которые и так оказались хорошими лоббистами и смогли выбить в Минфине более дешевые бюджетные кредиты. Их доля в долге Чукотского АО достигает 100%, в долге Чечни, Тывы, Ингушетии– 85–95%, Татарстана и Калмыкии — 80%. Несправедливость такого предложения настолько очевидна, что сразу возникает подозрение в корыстном лоббизме.

В целом наиболее сложное положение сложилось у регионов со значительной долговой нагрузкой (более 50%) и преобладанием в долге коммерческих банков (таких регионов 25). В 11 регионах расходы на обслуживание долга достигли 3–4,5% расходов их бюджетов — для сравнения, это больше всех расходов на культуру и СМИ.

Ускорение падения

Другие индикаторы также не сулят регионам ничего хорошего. Инвестиции в бюджеты регионов начали снижаться еще в 2013 году. В 2014 году темпы спада ускорились (-2,7% к 2013 году). Спад инвестиций имели половина регионов РФ,

в том числе большинство регионов Дальнего Востока, Сибири и Северо-Запада, половина регионов Центра и Юга. На юге это отчасти результат завершения олимпийского инвестиционного бума, но статистика по Сибири и Дальнему Востоку показывает, что «поворот на восток» маловероятен при сжимающейся инвестиционной активности. В январе 2015 года спад инвестиций ускорился (-6,3%), поэтому число регионов с отрицательной динамикой будет расти. Хуже всего ситуация в регионах, где спад инвестиций длится уже два года. Всего таких регионов 24. Это в том числе половина регионов Дальнего Востока и Северо-Запада.

Масштабы спада — до 20–40% ежегодно — указывают на тяжелый и длительный инвестиционный кризис в большинстве регионов Северо-Запада и Дальнего Востока.

Безработица только впереди

Правда, показатели по уровню безработицы пока не говорят о кризисе: уровень безработицы остается низким: 5,2% в четвертом квартале 2014 года и 5,3% в среднем за ноябрь 2014 — январь 2015 года. Явно ухудшились показатели пока только в регионах Северо-Запада, где спад промышленности начался еще в 2013 году (республика Карелия, Архангельская область). В трети регионов Сибири и Поволжья также ухудшение, быстрее росла безработица в республике Марий Эл, Пермском крае, Новосибирской, Иркутской областях и Алтайском крае. Напряженность на рынках труда регионов постепенно растет, но пока на отдельных предприятиях (автозаводы, Тверьвагонзавод, Курганмаш и др.).

Однако начавшееся снижение доходов и платежеспособного спроса населения в случае длительного кризиса приведет к сжатию сектора рыночных услуг и массовым сокращениям занятости в торговле, туристическом бизнесе, банковском секторе и др.

Рост платных услуг населению в регионах уже замедлился — на 1,3% в 2014 году. Наиболее негативной была динамика в регионах, где доходы населения самые высокие: крупнейших агломерациях федеральных городов и ведущих нефтедобывающих регионах. Более обеспеченные россияне начали экономить на услугах: отдыхе, развлечениях, бытовых услугах и других, что усиливает кризисные риски для сектора рыночных услуг.

А поскольку рыночные услуги концентрируются именно в крупных городах, новый кризис может привести не просто к массовому высвобождению занятых, а к длительной безработице.

Кроме того, из-за проблем бюджетов регионов идет сокращение занятости в бюджетном секторе, особенно — в социальной сфере. В предыдущие кризисы занятость в бюджетном секторе была «тихой гаванью», теперь же риски безработицы в ней могут приблизиться к рыночной экономике.

Кризис залить нечем

Итак, статистика однозначно подтверждает: кризис идет по непривычной траектории.

Он начался в 2013 году с дестабилизации бюджетов регионов, сокращения инвестиций, стагнации промышленного производства, а с 2014 году и доходов населения

вследствие внутренних барьеров развития. К концу 2014 году воздействие преимущественно внешних факторов привело к девальвации, резкому росту цен.

Главные удары пришлись по доходам населения и платежеспособному спросу (не считая проблем банковского сектора), ускорился спад инвестиций. Пока нет заметного ухудшения в динамике промышленности и состоянии рынков труда в подавляющем большинстве регионов и городов.

Однако ясно, что новый кризис не удастся залить деньгами — их стало меньше.

В 2015 года доходы федерального бюджета будут сокращаться, принято решение о секвестре расходов на 10%, что приведет к снижению трансфертов регионам. Значит, придется адаптироваться к этим изменениям, сокращая расходы местных бюджетов.

Наталья Зубаревич, ведущий научный сотрудник Института управления социальными процессами для Газеты Ru