Приемные дети в школе: лучше, чтоб их не было!

Я взялся написать эту статью для того, чтобы рассказать о том, что говорят мне на семинарах и тренингах приемные родители. И выбрал я сторону приемного родителя, хотя сам принадлежу школе как директор и учитель. Выбрал только потому, что семья для ребенка важнее школьного обучения.

Да, ребенку важнее быть любимым в семье, чем получить отличную оценку, одобрение учителя или аттестат. Это — приоритет. И поэтому я хочу рассказать о заколдованных кругах, которые проходят приемные семьи в школьном образовании, пока не встретят учителей, директоров, завучей, которые встанут на их сторону.

Фото с сайта http://deti73.ru

Предисловие

Никто не любит трудных задач, особенно когда они появляются в большом отлаженном школьном механизме. Любое отклонение от нормы требует дополнительных материальных, управленческих и человеческих ресурсов. Любая инаковость детей с большим напряжение воспринимается в традиционных общественных институтах, один из которых школа.

В чем же суть и трагедия истории с приходом в школу приемного ребенка? Попробуем, как в ролевой игре, встать на место каждого из участников этой жизненной ситуации.

Приемные родители: радости и горести

Приемный родитель, приглашая ребенка в свою семью из детского дома или социального приюта, часто внутренне ощущает гордость 
и подъем, потому что делает экстраординарный поступок, который должен изменить к лучшему судьбу ребенка. Однако достаточно скоро приемный родитель понимает, что помощи, сочувствия и поддержки достаточно мало в том обществе, в котором он создал приемную семью. Соседи подозревают его в корысти: думают, что ребенка приняли в семью из-за денег. Медицинские учреждения приходится штурмовать, пытаясь понять, какие заболевания — нередко хронические — нужно лечить срочно. Трудно найти хорошую школу, так как в личном деле у ребенка все достаточно плачевно. 
И вот, сталкиваясь с подозрительностью и осуждением в обществе, приемный родитель занимает позицию глухой обороны. Он готов агрессивно защищать свою правоту и бороться за лучшие условия для своих детей в школе, учится не надеяться на помощь и поддержку, учится не доверять, критиковать, скандалить и искать правды в верхах управленческой иерархии. А иногда терпит несправедливость, пытается подстроиться под ожидания учителей, администрации, психологов, родственников, знакомых, испытывает стыд и вину за неудачи своего нового ребенка.

И бывает, что, не имея больше сил сопротивляться и пытаться найти помощь и поддержку, отдает ребенка обратно в детский дом…

Приемный ребенок: в чем его инаковость?

Никто не любит проблем и не рад, если трудности вдруг возникают в его жизни. Ребенок, оставшийся без родительской заботы, являет собой суть проблем нашего общества, а для школы становится вызовом. Он недополучил любви, родители не участвовали в его развитии и воспитании, а часто пренебрегали потребностями ребенка или были настолько непостоянны, что нельзя было предугадать, когда появится еда, утешат ли детское горе, можно ли рассчитывать на их любовь и физическое присутствие в своей жизни. А многие сироты просто не знают: кто их мама или папа.

В этом хаосе непредсказуемости, отсутствия безопасности, а часто и в атмосфере агрессии и насилия стихийно формируется личность ребенка, который собирает все проблемные черты современного общества.

В таком аномальном развитии страдает эмоционально-волевая сфера, рождается переживание неудовлетворенности своих потребностей, страх, тревожность, низкая оценка себя и своих результатов, любовь и ненависть по отношению к родителям, месть любым взрослым и детям, которые проявляют заботу и ласку, отсутствие воли в поступках, в достижении желаемого результата.

Страдает и интеллектуальная сфера психики ребенка. Бедность впечатлений от жизни в течение долгого времени, однообразие, концентрация внимания на поисках еды, крова, защиты — все это не позволяет ребенку вовремя сформировать важные мыслительные функции, поэтому ему тяжело осваивать абстрактное мышление, теоретические понятия, модели, что означает тотальный неуспех в старших классах школы.

На это накладывается негативный опыт учебной деятельности, низкая оценка способностей со стороны учителей, что приводит к несформированности специфических учебных навыков: понимания учебной задачи, алгоритма решения, умения прочитать условие, сформировать правильные выводы, объяснить результат и т.д. 
В итоге — тотальный неуспех в школе, недоверие к фигуре учителя, закрытость или активное сопротивление, нежелание приходить в школу и, в целом, отсутствие интереса к жизни и новым событиям, людям, явлениям.

Сюда остается добавить только социальную незрелость и отклоняющееся от нормы поведение приемных детей. Ценностные установки детей-сирот часто асоциальны, вступают в противоречие с общепринятыми нормами, социальные роли стереотипны и шаблонны, упрощены. В мировосприятии доминирует асоциальный настрой, опора на негативный жизненный опыт, неприятие опыта других людей.

Попробуйте эмоционально пережить внутреннее мироощущение такого ребенка, постарайтесь найти здесь позитивную, радостную волну. Правда, это очень трудно сделать? Как легко соскальзывать в такой негатив при любой неудаче в общении с учителем, одноклассниками.

И как трудно восстанавливать веру в себя, в разумность мира, помощь и поддержку взрослых, если весь твой опыт говорит, что предадут, наплюют, осудят и будут заставлять что-то делать.

Учителя в школе: перекладывание ответственности как защитный механизм

Учитель не готов ко встрече с приемным ребенком, поведение которого определяется травмой. Для педагога негативные эмоции ребенка, непредсказуемость, асоциальность, резкость, недоверие всегда являются вызовом, сломом привычных стратегий поведения и коммуникации.

Авторитета социальной роли учителя и взрослого не хватает, чтобы управлять ребенком или договариваться с ним. Ведь приемному ребенку могут быть не знакомы такие условности, как вежливое общение, совместная работа, социальные нормы и границы.

Переживая в воспитании или обучении неудачу за неудачей, учитель достаточно быстро приходит к пониманию, что он не справляется 
с ситуацией. Иногда возникает непрекращающийся конфликт между учителем и приемным ребенком, иногда учитель перестает его воспринимать в общей жизни классного коллектива, так как там, где невозможно ничего сделать, и не нужно ничего желать. 
Механизмы психологической защиты действуют достаточно верно и быстро в ситуации профессионального неуспеха, ответственность трудно взять на себя и начинается поиск виноватого.

Учитель быстро определяет приемного родителя как основного виновника неудачи. Приемная семья сразу становится должна готовить уроки с ребенком, отвечать за его поступки, влиять на общение со сверстниками, отвечать за скорость чтения и т.д. Учитель просто перекладывает свою ответственность и ожидания на приемного родителя. А такой родитель сразу понимает, что он не справляется.

Классический сценарий прихода приемного ребенка в новую школу заключается в том, что буквально через месяц приемная семья начинает получать указания и наставления, требования участвовать в учебе и воспитании ребенка в школе. А в это время сам приемный ребенок пытается понять, как ему жить в новой семье, кто ему эти новые люди, бросят ли они его так же, как его родные родители, будут ли его любить, несмотря на «плохие» черты характера и неуспехи в школе. Так школа начинает вбивать клин между детьми и родителями. И если приемный родитель начнет играть по правилам школы, то скоро он будет главный преследователь, надзиратель, источник осуждения для своего приемного сына или дочери.

Мудрые приемные родители понимают, что все делается постепенно: сначала — новая семья, семейная роль, выстраивание отношений, преодоление недоверия, шаг навстречу друг другу, а потом школьные успехи, секции и кружки, развитие талантов, выбор профессии и пр. 
И в такой логике повторное обучение в одном классе — это возможность без лишних переживаний и сверхусилий войти в новый ритм своей жизни, устранить пробелы в знаниях и адаптироваться к новой обстановке. И тут нет ничего трагичного. Понимающий родитель видит существенные отличия между двойкой, выставленной за 30 ошибок, и двойкой, полученной за 15 ошибок. Приемная семья должна иметь свободу и запас уважения в школе, бережное отношение к непохожести, проблемам и трудностям детской жизни.

Администрация образовательного учреждения: лучше пусть это пройдет мимо

Директору или завучу вовлекаться в конфликты учителей с приемными семьями не хочется. Это дополнительные усилия, трата главного ресурса — времени, который и так в дефиците. Да и вообще, успеваемость приемных детей портит статистику, они с трудом переходят из класса в класс, у них не все учебные предметы выше двойки или тройки. С внутренним напряжением школа ждет результатов ГИА и ЕГЭ — этих главных показателей эффективности ее работы.

А еще конфликты, прогулы, вызывающее поведение, кражи, вранье, полиция — зачем все это школе?! И лучше бы сделать так, чтобы такой проблемы в школе не было. Поэтому учитель должен сам решать возникающие проблемы с приемными семьями, лучше, когда можно точно определить, что родитель не справляется со своими обязанностями по воспитанию приемного ребенка. Тогда появляется мощный рычаг воздействия: родительский комитет, КДН, визиты классных руководителей. Если не справляетесь, то зачем вообще брали приемного ребенка в свою семью? И зачем привели его к нам в школу? Лучше бы их не было.

Вместо заключения: новые горизонты

Я прекрасно пониманию, что не все школы разделяют описанный выше подход. Я также видел прекрасные модели реальной помощи приемной семье, родителям и детям. Знаком и с замечательными директорами и их заместителями, которые отстаивают право детей быть особыми, непохожими. Знаю много случаев, когда учителя занимали сторону приемной семьи, заботились о будущем ребенка, добросовестно следуя педагогической этике.

Но проблема неприятия инаковости остается живой и болезненной для многих приемных семей, для детей из детских домов и социальных приютов. Нет программ и курсов обучения педагогов работе с детьми, пережившими травмирующий опыт сиротства, школьных психологов мало, и их подготовка не позволяет помочь таким детям и приемным семьям. Законодательство не учитывает особые потребности детей, оставшихся без родительской заботы: практически невозможно добиться обучения по компенсирующим программам, повторного обучения при отсутствии неудовлетворительных оценок, но по социально-психологическим показаниям. 
В среднем невысокий уровень педагогической культуры в обществе проявляется в недостатке сострадания и эмпатии к детям с проблемами в поведении, развитии, обучении.


Приемные семьи стараются найти защиту, вступают в общественные организации, ищут специалистов, готовых помочь и поддержать, рассказывают друг другу о школах и организациях, которые ориентированы на помощь приемным детям.

А поддерживающие практики и проекты существуют. Назову некоторые из них, чтобы не быть голословным, и проношу свои извинения тем, кого не упомянул.

Благотворительный фонд «Большая перемена» — специалисты работают с детьми из детских домов и замещающих семей, помогая детям готовиться к выпускным экзаменам, развивать целеполагание, планирование, ответственность.

Центр комплексного сопровождения семьи «Про-мама» — уникальный коллектив специалистов и уникальный набор авторских методик, помогающих замещающим родителям точечно решать проблемы и преодолевать трудности в воспитании и развитии детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Фонд «Измени одну жизнь» — профессиональные и грамотные консультации и программы для приемных семей по юридических, психологическим и образовательным темам.

Благотворительный фонд социальной помощи детям «Расправь крылья» помогает комплексно решать проблемы детей-сирот.

Национальный фонд защиты детей от жестокого обращения — уникальный проект, собирающий самые успешные практики поддержки различных категорий детей и родителей, в первую очередь детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Ресурсный проект «Успешные сироты» — социальный навигатор, созданный успешными сиротами.

Еще, рекомендую познакомиться с работами следующих практиков и теоретиков в области психологии сиротства: Людмилы Петрановской, Марии Терновской, Марии Капилиной(Пичугиной), Алексея Рудова, Александра Гезалова и многих других.