За вашу и нашу свободу
Я считаю, что успех цивилизации заключается не в техническом прогрессе, а в гуманитарном. Показатель развития — это не размер и не мощность машин, которые цивилизация может создавать, а то, например, как сильнейший представитель цивилизации относится к слабейшему. И даже глубже — насколько важны понятия «сильнейший» и «слабейший» для этой цивилизации.
Поэтому мне, например, не нравится шкала цивилизаций Кардашева — она измеряет развитие цивилизации по объему используемой энергии. Но на самом деле житель цивилизации гораздо больше ощущает именно гуманитарный уровень развития, чем технологический. К технологическим благам быстро привыкаешь, гуманитарный прогресс же — первичен, потому что при любом уровне технологического развития можно творить как гуманизм, так и жестокость, как свободу, так и тоталитаризм.
20-ый век был манифестацией именно этого принципа. Но кроме явных примеров отсутствия гуманитарного прогресса, а то и регресса, на фоне очевидного прогресса технологического, я бы хотел обратить внимание и на примеры, манифестирующие гуманитарный прогресс. Разумеется, их можно привести много, но в данном случае мне интересно сфокусироваться на влиянии «низовых» инициатив на глобальную повестку. На эти размышления меня сподвиг недавний разговор про значимость антивоенных фестивалей и демонстраций, ведь они, казалось бы, не приводили к прекращению конкретных военных действий, против которых выступали. Так вот, я хочу рассмотреть две, пожалуй, самые известные антивоенные инициативы, которые, ко всему прочему, происходили практически одновременно: выступления хиппи против войны во Вьетнаме в 1967 году и демонстрация советских диссидентов против ввода советских танков в Чехословакию в 1968 году. Поразительная синхронность этих событий просит отдельного рассмотрения, но в рамках данного текста оставлю эти рассуждения за скобками в пользу манифестации тех смыслов, которые для меня в этом особенно важны.
Критически важной особенностью этих выступлений я вижу то, что они призывали к прекращению насилия в другом месте Земли. Достаточно очевидно выступать за мир, когда война подступает к твоему дому — любой человек в зависимости от своих убеждений либо с оружием в руках, либо с плакатом выйдет на улицу против этого насилия. Выступление же против насилия на другом конце земного шара есть действие исключительно из ценностей, причем ценностей, которые манифестируют осознание всего мира, как своего дома. Для многих «свой дом», за который человек чувствует ответственность, заканчивается за границей своей квартиры, для многих — своего подъезда, города, страны. Рассмотрение же всей Земли как пространства своей ответственности, когда насилие, происходящее далеко и никак не влияющие на тебя в прагматичном смысле — показывает именно скачок на уровне гуманитарных ценностей — максимальное расширение своей зоны ответственности. Это же можно рассмотреть и в логике деления людей на «они» и «мы», которая успешно конструируется пропагандой разных стран, когда люди другой страны/этноса/культуры представляются как недостойные защиты и сочувствия, а то и подлежащие уничтожению. И выступление против войны, подступающей к твоему дому не ломает эту логику, даже наоборот — часто эта пропагандистская логика использует сюжет «враг у ворот». Только при переходе на уровень защиты ценностей в другой точке мира, которая не влияет на нас, проявляется гуманитарный, ценностный уровень цивилизации — что она смогла расширить пространство своей ответственности до всей планеты. Так в чем же смысл таких демонстраций, которые, казалось бы, не приводили к прекращению конкретных военных действий? Именно в том, что остановка конкретной войны не меняет логику системы (хотя является тоже очень желаемым результатом, так как уменьшает страдания), но в долгосрочной перспективе именно действия на уровне изменения ценностей, слом логики пропаганды «мы-они» — является результативными. Известный лозунг демонстрации 1968 года «За вашу и нашу свободу» — иллюстрирует именно эту идею.
Что же до современности, то война, конечно, не единственная опасность, не единственный глобальный вызов, но военные кризисы неразрывно, как мне кажется, связаны с другими. Барьер сложности систем, с которыми получается работать в нынешней доминирующей логике иерархического управления, кризис идентичности человека и обществ, связанный с новыми технологиями, которые рушат привычные идентичности. Кроме этого, в дискуссиях об образах будущего, без которого невозможно работать с глобальными вызовами, как всегда присутствует растяжка идеалы против методов, в которой, казалось бы, 20-ый век должен был окончательно поставить точку, но она возникает снова и снова. В совокупности эти факторы — неразборчивость в методах достижения идеалов в условиях давящих барьеров сложности и идентичности — я считаю актуальной причиной многих войн и конфликтов.
Поэтому я еду на антивоенный фестиваль No More War в Швеции в августе этого года. Этот фестиваль — инициатива, направленная на объединение людей за ценности мира между нашими странами вместо эскалации напряженности и роста милитаризации, которые мы можем наблюдать в Балтийском Регионе. Мы не выступаем против какой-то конкретной военной коалиции или страны — будь то НАТО или Россия. Фестиваль — это демонстрация возможности иной логики действий, других «правил игры»: кооперация вместо геополитической конкуренции, договороспособность вместо конфликтов, осознанное отношение к нашему общему будущему вместо эскалации сиюминутных противоречий. В то же время, это пространство совместного обучения, эксперимента, выстраивания связей и поиска глубоких смыслов. Фестиваль сочетает в себе музыку и образовательные семинары, развлечение и обучение, искусство и переживание совместного опыта. Палаточный лагерь, костры и природа как пространственный контекст, музыка, танцы и телесные практики как инструменты для объединения на уровне ценностей и понимания себя и других. Мастер-классы, семинары, кинопросмотры и ролевые игры как составляющие нашего общего пути образования и изменения. Мы будем рады идти по этому пути вместе с вами.