Что русскому новостройка, то европейцу и американцу — гетто

Anna Zhernovnikova
Oct 27, 2014 · 6 min read

Невероятно, но факт — от того типа жилья, что у нас сейчас мейнстрим (микрорайонны из 15–25ти этажек) в Европе и США отказались еще в 70-е годы прошлого века. Почему не стоит покупать квартиру в новом микрорайонне из многоэтажек? Потому что, если верить истории, ни к чему хорошему такое строительство не приведет.

Image for post
Image for post
На фото гениальный образчик военно-советского стиля в архитектуре — жилой дом в г.Фокино (Россия, Приморский край)

В жилищном вопросе виноват крах феодолизма

Считается, что во времена преобладания рабочего крестьянства над рабочим классом, особых проблем с жильем не было. У крестьян были дома, у господ и слуг — поместья. Развитие промышленности перевернула весь жизненный уклад европейцев. Для работы на предприятиях нужны были рабочие, а рабочим нужно было где-то жить.

Города стали стремительно наполнятся людьми, появились первые многоквартирные доходные дома, в которых можно было снять квартиру или комнату. Естественно, появились первые трущобы, где жили самые низкооплачиваемые работники. Параллельно появлялись новые материалы и технологии, в том числе и в строительстве.

Когда перенаселение стало очевидным архитекторы и власти, конечно, взялись за головы. Особенно когда плотность населения стала падать от исторических центров, ставших центрами деловыми, к периферии. Вполне логично, что дома строили там, где было место. И в тот момент строили кто как мог и как хотел. Итог: проблемы с передвижением населения из спальных районов до места работы.

Урбанизация VS деурбанизация

В начале прошло века выделись два основных направления в архитектуре «урбанизация» и «деурбанизация». Основной идей первого была плотная массова застройка города многоэтажными зданиями. Второго — децентрализованные градостроительные системы.

Генеральный план города на 3 млн. жителей Ле Корбюзье. В центре на пересечении коммуникаций — многоярусный вокзал; вокруг него — деловой центр (сити), окруженный жилыми кварталами. По одну сторону города размещаются промышленные предприятия и порт, по другую — гигантский парковый массив, связанный со спортивными сооружениями

«Дом — это машина для жилья», — считал архитектор-урбанист Ле Корбюзье. Корбюзье видел современный город состоящим из небоскребов с садами на крышах – между ними должны находиться большие зеленые пространства, использующиеся для прогулок и отдыха. Дороги для пешеходов и транспорта разнесены, около домов находятся магазины и места для занятий спортом. Вроде бы все прекрасно, но давайте взглянем на чертежи….

Image for post
Image for post
Генеральный план ‘Города высоких домов’ Людвига Гильберсаймера. Отсутствие зелени, городских площадей и разнообразия в планировке и застройке превращает этот город в удручающе мертвую схему

Массовому воплощению таких идей в жизнь в начале XIX века помешала — частная собственность. Нельзя просто взять и перестроить Париж или Лондон. Поэтому в попытках разгрузить город от людей стали создавать города-спутники, пытаться перенести «город в деревню». После первой мировой войны особенно в этом преуспели в Америке.

Для стимулирования переселения жителей из городов в пригороды в 1934 году был издан закон, положивший начало деятельности Федерального жилищного управления, которое поощряло кредиторов, имевших средства, предоставлять их взаем покупателям жилья, гарантируя сохранность таких инвестиций. Еще один важны момент — дороги. Зачастую строительство развязок, магистралей и прочих «артерий» стоило дороже строительства самих домов, к которым они подводились. Но в США было принято принципиальное решение — транспортная система должна быть хорошо развита, иначе проблемы с перемещением людей не исчезнут.

А как же знаменитые американские небоскребы? Собственно, появились они в исторических центрах городов по причине того, что земля была дорогой, чем выше дом, тем меньше себестоимость. Жажду наживы маскировали под классическими фасадами, статуями, готическим стилем и прочей красотой. Но в итоге, в городах появились улицы, которые освещались даже днем. Ибо в городе небоскребов стало не хватать солнца. Что негативно сказывалось на здоровье людей.

Как панельные многоэтажки были признаны гетто

Война привела к серьезным разрушениям в городах Европы. В послевоенное время требовалось строить быстро и много. Вот тут то и возродились идеи урбанистов. В 1950-е и 1960-е именно многоэтажными «панельками» застраивались города, пострадавшие от войны. Но уже к началу 1970-х в Европе стали отказываться от микрорайонов, а чуть позднее и сносить их. Почему?

Недостатки оказались очевидны. Большие дома давят, огромные пустые пространства трудно освоить психологически — они остаются чужими. Но они нужны, дабы в квартирах был солнечный свет. Большие общественные дворы можно очеловечить, но это затратно. На практике они оказываются просто огромными и неблагоустроенными пустырями. (У нас эта проблема решается так — закатать все в асфальт).

Многоэтажная застройка как правило — монотонная, что неблагоприятно для психического здоровья человека. Микрорайон, зажатый между двумя крупными магистралями, оказался в транспортном смысле менее эффективным, чем квартальная структура с системой маленьких улочек. Разделение города на монофункциональные жилые микрорайоны и деловые районы резко увеличивало транспортные перемещения горожан. Наконец, в микрорайоне не возникало комьюнити: люди были отчуждены друг от друга. Все вместе это способствовало росту криминала на таких территориях. Во Франции связь преступности и негуманной жилой среды панельных микрорайонов является сегодня в рассуждениях урбанистов общим местом.

Image for post
Image for post

Опыт с возведением быстрого жилья был поставлен и в Америке. В Сент-Луисе в середине 1950-х был возведен район Прюит-Игоу, состоящий из 33 11-этажных домов. В то время это был самый крупный жилищный социальный проект в США. Район со всеми прелестями цивилизации, включая водопровод и электричество, получил кучу архитектурных премий и был заселен. Но уже через 10 лет он превратился в криминальное гетто.

На первом этапе оттуда начали массово съезжать белые семьи. На втором — обширные общественные пространства стали местом проявления вандализма. Коммунальщики не справлялись с поддержанием в порядке дворов и подъездов. Полиция перестала приезжать на вызовы. Все кончилось развалом коммунальной системы и отселением жильцов. В 1972–1974 годах район снесли — здания взорвали.

«Город-сад» вместо «города-машины»

Концепция «города-сада» была создана еще до появления урбанистических идей. Город в городе, со своей инфраструктурой, жилыми домами малойэтажности органично вписанными в ландшафт местности. Конечно, это я сильно упростила, идея, как впрочем все концепции, была достаточно утопичной. Но в переосмысленном варианте она оказалось вполне жизнеспособной.

Считается, что кварталы из 5–9 этажных зданий, расположенных таким образом, что дворовые территории — внутренние, а общая территория содержит парки, спортивные площадки, магазины, кафе, школы, детские сады и прочие необходимые для комфортной жизни здания и заведения. Такая застройка способствует формированию сообщества соседей, а значит снижению уровня преступности. Плюс, грамотно спроектированные дома разной этажности, различающиеся и по внешнему виду фасадов и по цвету, учет особенностей ландшафта — все это благоприятно влияет на эмоциональное состояние людей.

Кстати, в Нью Йорке переезд в пригород — новый тренд. Молодые семьи с детьми уезжают из «бесцветного урбана» туда, где невысокие дома (таунхаусы), есть участки земли для выращивание цветов и овощей, и раз в месяц проводятся ярмарки с фермерами, встречи соседей и общие праздники. И да, на машине до Нью Йорка всего 15 минут.

В это время в России…

В это время в нашей стране махровым цветом цветет многоэтажное строительство. По работе, мне приходится часто бывать в таких микрорайонах. Знаете, в будни днем там жутковато. Редкие пешеходы, пустые холлы торговых центров, пустой и безлюдный Макдональдс. Зато вечером и утром — муравейник. Настоящий муравейник, если наблюдать с 15 этажа бизнес-центра. Машины медленно подползают к домам, маршрутки изрыгают сотни людей, дома загораются миллионами оконных глаз. «Дома — машины», а у машин, как известно, нет души. На сайтах большинства строительных компаний предлагают выбрать квартиру на одном из этажей 15–18–25-этажного параллелепипеда в окружении еще нескольких таких же строений. Есть исключения, собственно, о таких проектах я тоже уже писала. Гатчина, Янино и Колпино могут в ближайшем будущем обрести вполне европейский вид. И философия, заложенная петербургской компанией-застройщиком в этих проектах вполне европейская — “ЖИВИ”. Потому что люди — не машины. Люди живут, а не работают изо дня в день, скрипя механизмами.

Image for post
Image for post

Tags: история, история архитектуры, квартирный вопрос, фото в тему, фотографиявообще

How to choose where to live

О строительстве жилья по-русски

Medium is an open platform where 170 million readers come to find insightful and dynamic thinking. Here, expert and undiscovered voices alike dive into the heart of any topic and bring new ideas to the surface. Learn more

Follow the writers, publications, and topics that matter to you, and you’ll see them on your homepage and in your inbox. Explore

If you have a story to tell, knowledge to share, or a perspective to offer — welcome home. It’s easy and free to post your thinking on any topic. Write on Medium

Get the Medium app

A button that says 'Download on the App Store', and if clicked it will lead you to the iOS App store
A button that says 'Get it on, Google Play', and if clicked it will lead you to the Google Play store