Итоги 2018 и чего я жду в 2019

Начинаю подводить итоги года, и начну на этот раз с политики и экономики.

Всё нижеизложенное, как всегда, моё сугубо личное мнение.

2018: плохое

2018 год был годом неудач и разочарований. И главным разочарованием года стал Европейский Союз. Всё, что происходило в 2018 в Еврокомиссии и Европарламенте показывает, что после Брекзита ЕС ничему не научился. И первый показатель — это реакция на сам Брекзит, которая больше всего напоминает реакцию России на украинские майданы. В 2018 стало окончательно понято, что вместо того, чтобы искать новые формы сотрудничества с Британией, ЕС старается примерно её наказать за то, что она посмела от него отделиться. Да, британское правительство, к сожалению, вело переговоры из рук вон плохо и не выдвинуло никаких последовательных и конструктивных предложений. Но в этой ситуации ЕС должен был сам пойти ему навстречу, чтобы сохранить как можно более тесные отношения с наиболее экономически и культурно близкой ему страной в мире. Вместо этого весь год мы видели то, как ЕС пытается выкручивать Британии руки и ставить ей ультиматумы. Хорошо ещё, что у ЕС нет своей армии, а то, с тем уровнем стратегического мышления, которые демонстрирует верхушка Евросоюза, мы вполне могли бы увидеть и “зеленых человечков” в Белфасте. Оправдания у этой политики выкручивания рук тоже вполне российские и советские: “Если позволить Британии (Украине, Прибалтике) безболезненно отделиться, то все захотят сделать так же”. Это самоубийственная логика, она означает, что верхушка ЕС считает, что единственное, чем она может склеить Европу — страх наказания для потенциальных отступников. Но союз, построенный на страхе, не может быть жизнеспособным.

Что приводит нас ко второй и главной проблеме: Брекзит показал, что то, как работает ЕС, не устраивает очень многих его граждан. И не только в Британии. По опросам от трети до двух третей европейских граждан в разных странах считает, что ЕС приносит их странам больше вреда, чем пользы. Это очень много — и гораздо больше, чем было лет 10 назад. ЕС требуется серьезная реформа, но никто из мейнстримных политиков не хочет её обсуждать, как будто от замалчивания проблемы эта проблема исчезнет. Вместо обсуждения самого важного — того, как должен измениться Евросоюз, чтобы не генерировать всё больше недовольства, в 2018 еврокомиссары и европарламентарии, не вынимая голов из песка, занимались привычным делом — штампованием всё новых бессмысленных, а зачастую и вредных, директив, ставя препоны европейскому бизнесу и ограничивая свободы европейских граждан.

Тут необходимо заметить, что британские правительство и парламент тоже крайне разочаровали. В исторический момент, когда буквально решается судьба государства, в Британии не нашлось никого, кто был бы готов выйти вперед с понятной и смелой программой и взять на себя ответственность за курс страны. Терезу Мэй интересует не благополучие Великобритании, а то, как ей остаться у власти, всех остальных — как ни в коем случае у этой власти не оказаться. Особенно разочаровал Борис Джонсон. Его решение снять кандидатуру на выборах главы партии в 2016 было тяжелым и вынужденным, но то, что во время политического кризиса в ноябре и декабре 2018 он не вышел вперед и не объявил, что готов взять на себя ответственность, показывает, что до его кумира Уинстона Черчилля Джонсону пока как до неба.

Но в Британии я не живу и почти никак с ней не связан, поэтому вторым главным разочарованием года стала для меня не она, а Украина.

И это разочарование тоже стало итогом деградации, которая продолжается не первый год. Но именно в 2018 стало окончательно понятно, что и эта украинская власть снова сделала ставку не на реформы (которые в 2018 окончательно заглохли) и не на борьбу с коррупционерами (которая в 2018 окончательно превратилась в посмешище), а на национализм и вбивание клиньев между украинскоязычной и русскоязычной частями страны. К сожалению, украинские власти своими делами подтверждают тезисы Путина: демократическая революция оказалась на поверку националистической, а Украина всё больше напоминает failed state.

Ещё одним разочарованием года — чтобы украинцам не было так обидно — стала российская оппозиция. В 2018 стало окончательно понятно, что на данный момент она ничего не может противопоставить Путину. Протестные демонстрации собирают не более 20 тысяч человек — смешная для России цифра — и не приводят ни к чему, кроме новых репрессий. Сеть штабов Навального, которую строили к выборам, не смогла ни повлиять на выборы, ни организовать сколь-нибудь действенного сопротивления. Все серьезные поводы для общественного недовольства, которые власть так щедро создавала, от сноса пятиэтажек до пенсионной реформы, привели не к серьезным протестам, а к очередным склокам между оппозиционерами. Впрочем, ссориться они отлично справляются и безо всяких поводов. Никакой внятной новой стратегии по отношению к выборам у оппозиции тоже нет — её всё так же, уже десятый год, мотает между одинаково бессмысленными “бойкотировать” к “голосовать за любое говно кроме ЕдРа”. В общем, никаких новых эффективных способов борьбы с диктатурой оппозиция в 2018, к сожалению, не придумала, и вместо этого весь год теряла остатки политического капитала в междоусобных дрязгах, а диктатура медленно, но верно её дожимала и уже почти что дожала.

В Чехии очень разочаровало то, что президентские выборы снова выиграл пьющий и матерящийся друг России Милош Земан. Хотя при том, что его главным оппонентом оказался политик, у которого разве что на лбу не было написано “фальшь и гордыня”, эта победа не была такой уж неожиданной.

Очередная “большая коалиция” ХДС и СДПГ в Германии, конечно, тоже стала разочарованием, потому что договоренности правых и левых всегда были, есть и будут предательством избирателей и тех и других и отказом от любых осмысленных реформ. Но Большие коалиции стали при Меркель настолько обычным делом (эта у неё уже третья), что разочарование было совсем небольшим.

Трамп тоже разочаровал. Я никогда им сильно не очаровывался, но в 2017 Трамп сделал как минимум два очень важных дела, за которые предыдущие американские президенты не решались взяться более четверти века: сократил самые высокие в западном мире корпоративные налоги и объявил о переносе посольства США в Израиле в Иерусалим. Кроме этого в 2017 Трамп выдвинул лучшего номинанта в Верховный суд США со времен президентства Рейгана — Нила Горсача.

В 2018 хорошие дела, к сожалению, фактически закончились, и начался позор со встречей с Путиным, фестиваль протекционизма, борьба с легальной рабочей иммиграцией и предательство курдских союзников в Сирии. Номинацию в Верховный суд Брета Кавано, чей послужной список в области защиты гражданских прав далеко не такой прекрасный, как у Горсача, тоже можно записать Трампу в минус.

Кто-нибудь, как всегда, обязательно напишет в комментариях, что Трамп просто выполняет свои предвыборные обещания. Это так, но когда предвыборные обещания были глупыми и вредными, нет ни единой причины радоваться их выполнению.

Но и оппоненты Трампа, демократы, тоже очень разочаровали. И от них я не ждал ничего прекрасного, но то, как все они без исключения подключились к организованной их руководством постыдной травле Кавано, было неожиданным даже для меня — я всё-таки рассчитывал, что и среди демократов найдутся приличные честные люди, ставящие правду и справедливость выше партийной программы. К сожалению, таких не нашлось.

Тут мы переходим к немногочисленным хорошим новостям 2018 года:

2018: хорошее

Главной победой года стало то, что республиканцам в Сенате удалось отстоять Кавано от ничем не подкрепленных обвинений в сексуальных домогательствах. Кавано на мой взгляд далеко не лучший судья для Верховного суда, но то, что сопровождало его утверждение Сенатом, вышло далеко за рамки его правовой философии. Если бы демократам удалось потопить его кандидатуру с помощью грязных голословных обвинений, последствия были бы куда страшнее, чем последствия его назначения. То, что эту атаку удалось отбить, возможно, сохранило в США правовое государство. В ноябре я писал об этом подробно.

Вторая важная победа 2018 — томос для Украины. Официально он был вручен только что, в 2019, но все решения были приняты в прошлом году. И это действительно очень хорошая новость именно с точки зрения политики. Во-первых, украинская автокефалия нанесла ещё один, очень сильный удар по имперским притязаниям России. Во-вторых, для того, чтобы она состоялась, иерархам независимых украинских церквей пришлось переступить через собственные амбиции и пойти на компромисс, чего они не могли сделать почти 30 лет. То, что это всё же удалось им сейчас, внушает некоторую надежду на то, что в Украине всё не так безнадёжно, как кажется по остальным новостям.

Третья хорошая новость 2018 — введение на Тайване прямой демократии почти что швейцарского образца. В прошлом году там был проведен первый референдум сразу по нескольким вопросам, и этот блин вовсе не вышел комом, хотя до сознательности швейцарцев тайваньцам пока далеко.

Четвертая — местные и особенно сенатские выборы показали, что левая идея находится в Чехии в глубочайшем кризисе и коммунисты потихоньку вымирают, а олигарх-популист Бабиш, похоже, достиг своего потолка и не сможет набрать больше трети голосов. Самой крупной политической силой в стране остаются правоцентристские партии, которые в ключевые моменты способны договариваться о сотрудничестве и проводить совместную политику. И хоть у этих партий и нет поддержки абсолютного большинства чехов, их электорат больше, чем электорат популистов, так что Чехии, похоже, не грозит судьба Польши и Венгрии, по крайней мере в ближайшее время.

И, наконец, последнее важное событие, точнее два события в одном: разоблачение “Стэнфордского тюремного эксперимента” и провал попыток воспроизвести эксперименты бихевиориальной экономики.

Во-первых, французский экономист, социолог и режиссер-документалист Ле Тексье, решив снять фильм о “Стэнфордском тюремном эксперименте” Зимбардо, залез в архив Стэнфорда, нашёл там кучу аудио- и видео-материалов об эксперименте, засел их разбирать и неожиданно для себя обнаружил, что всё было не так, как рассказывают книги и учебники: “заключенные” не теряли волю, “тюремщики” не превращались в садистов, и т.д. и т.п. Ле Тексье написал об этом книгу, и я более подробно расскажу об этом, когда буду писать про книги, которые я прочёл в 2018 году. Пока же достаточно сказать, что весь эксперимент, от условий его проведения до трактовки его результатов, выглядит как одна большая и, главное, сознательная ложь.

Во-вторых, начатый в 2011 проект по проверке социологических, психологических и экономических экспериментов под названием Many Labs в 2018 году набрал обороты и опубликовал результаты проверки почти 80 известных экспериментов. Почти половина из этих экспериментов не подтвердилась, в том числе и почти все проверенные эксперименты по поведенческой (бихевиоральной) экономике.

Я верю в людей и, в частности, в то, что человек — существо по своей природе рациональное (в пределах своих ограниченных знаний и ресурсов) и моральное. Кроме того я верю в личную моральную ответственность. Не знаю, кстати, как можно верить в демократию и либерализм и при этом не верить в рациональность и моральность человека. Поэтому я рад, что ни теории Зимбардо о том, что человек по природе аморален и его поведение зависит не от него самого, а от ситуации в которую его поместили, ни теории бихевиориальных экономистов о том, что человек действует иррационально и себе во вред (и поэтому его надо направлять на путь истинный заботливой рукой государства) были проверены и оказались ложными. Это, наверное, самый обнадеживающий результат 2018 года.

2019

Предсказывать будущее — занятие неблагодарное. В любой момент может прилететь черный лебедь и смахнуть крылом все твои предсказания. Тем не менее, я думаю, что среди самых важных и поворотных событий этого года будут:

  • Выборы в Европарламент. Скорее всего традиционно правящие в ЕС право-центристы и социалисты, которые и завели Евросоюз в сегодняшний тупик, потерпят поражение и потеряют парламентское большинство. Следующий состав Европарламента наверняка будет очень фрагментированным, большинства в нём не будет ни у кого, значительно большую роль в нём будут играть популисты, и всё это позволит, наконец, сдвинуть ЕС с мёртвой точки. Вопрос тут — в какую сторону? Приведёт ли это к действительно осмысленной реформе или станет началом развала ЕС и строительства новых границ, предсказать сейчас невозможно, но ЕС в нынешнем виде так или иначе нежизнеспособен, политика нынешних элит лишь углубляет его болезни, так что их ослабление даст ЕС хоть какой-то шанс на выздоровление.
  • Президентские выборы в Украине. Решается, возможно, судьба страны. Выигрыш Порошенко будет продолжением стагнации и загнивания. Победа Тимошенко — сползанием в популизм и окончательной деградацией. Это главные кандидаты на президентский пост, но и тот и другая чудовищно всем надоели. Поэтому я надеюсь, что за оставшиеся три месяца в Украине появится новый кандидат, который сможет отодвинуть эти два пережитка прошлого, выиграть выборы и начать, наконец, проводить действительно осмысленную политику. Вероятность первого (и П и Т проиграют выборы) я оцениваю как довольно высокую. Вероятность второго (победителем станет кто-то умный, относительно честный и очень решительный) — как очень низкую. Но надежда всё-таки есть.
  • В этом году американские Демократы начнут выбирать своего кандидата в президенты. Скорее всего к концу года из этих кандидатов в гонке останутся максимум 3–4. Боюсь, что на этот раз все они будут крайними левыми популистами вроде Уоррен, что обеспечит Трампу переизбрание в 2020. Хотелось бы ошибиться.
  • Британия с 90% вероятностью выйдет из ЕС, очень возможно, что безо всякого договора (ЕС делает для этого всё возможное) и это станет куда большим ударом по ЕС, чем по самой Британии. Не возьмусь предсказывать, останется ли Мэй в кресле премьера . Несмотря на то, что она — самый бездарный руководитель Британии на моей памяти, у неё есть один несомненный талант: держаться за власть.
  • И последнее из предсказаний: все планы и предсказания на 2019 может спутать масштабный экономический кризис. Он уже давно назрел и перезрел, пузырь на фондовом рынке надулся просто гигантский, десятилетний экономический цикл подходит к концу, так что гром должен грянуть в самом ближайшем будущем, и я очень удивлюсь, если в 2019 кризиса всё ещё не случится.

В 2019 меня скорее всего продолжат интересовать те же темы, которые интересовали меня в 2018 и 2017: прямая (она же единственная настоящая) демократия, реформа ЕС, влияние культуры (aka менталитета) и морали на экономику, институциональная революция 17-го века в Голландии, противодействие техническому прогрессу в 18 и 19 веках, эксперименты по государственному строительству (в первую очередь Рожава). Плюс одна сравнительно новая тема, которая начала интересовать меня в последние месяцы: отношение к риску в западной и китайской цивилизациях в прошлом и сегодня.

О чем-то из этого я вероятно буду писать здесь в этом году.