На какую полку поставить Стивена Кинга?

Я не знаю ни одного человека, который бы не прочел что-то у Стивена Кинга. 
Что угодно — случайную книжку в мягкой обложке в самолете или целую полку с любовью собранных творений короля ужасов.
У меня есть знакомые, которые в 90-ые освободили книжный шкаф от серых и запылившихся книг классиков — Бальзак, Пушкин, Гоголь, Толстой, Шоу и многие другие. Они отправили эти книжки продолжать пылиться на дачу и купили новые: в ярких обложках — бестселлеры и блокбастеры. И Кинг там занимал почетное место.
Я сама прочла в те самые 90-ые не меньше, чем целую полку, а то и две, Стивена Кинга. Но его книги у меня прочно осели в памяти среди этих бестеллеров-однодневок с убийством или красивой женщиной в красном платье на обложке. 
Они пугали и затягивали, как черные дыры. И хотя Кинг писал с завораживающим психологизмом, я в 14–15 лет думала о том, что вряд ли он достоин книжной полки, на которой вчера стояли «Война и мир» или «Моби Дик».

По иронии, книга Стивена Кинга в моих руках появилась много лет спустя, в самолете, в мягкой обложке бульварного вида. «Сердца в Атлантиде». 
Я окунулась с головой в Америку 60-х, переживая за судьбы героев. Зло, о котором всегда говорил Стивен Кинг — это не придуманные персонажи в желтых плащах, не фантастические существа или неизведанные миры. Зло в повседневной жизни обычных людей. В нападении старшеклассников на слабых, в изнасиловании женщины ее же коллегами, в припадочном смехе над падающим в грязь калекой, в войне, где бессмысленные убийства затмевают любые подвиги. 
Хотя самая увлекательная часть книги — история о мальчике Бобби и о его взрослом друге Теде, за которым охотились «низкие» люди, на меня большее впечатление произвела история о студенте колледжа Пите, в некотором роде алтер эго Стивена Кинга. В этой истории не происходит ничего мистического — самое страшное — это вылететь из колледжа и попасть на войну во Вьетнам. Но описание быта студентов, их мыслей, опасений, мечтаний, отчасти и воспоминаний самого писателя о славном и непростом времени, и делают историю настоящей.
Ещё одной настоящей книгой Кинга для меня оказалась «11/22/63», подаренная мне на новогодние каникулы. Она меньше тронула меня, чем «Сердца в Атлантиде», но подтвердила ощущение, что Кинг необыкновенно хорош в «описании декораций». 
Я всегда пролистывала описания у большинства авторов (особенно, у Льва Толстого), но здесь, впервые — эта попытка рассказать об Америке, которой больше нет — меня задела. Потому что страна в произведении Стивена Кинга не менее реальная, чем страх, который он умеет вызывать своим фирменным «нагнетанием». Запахи, люди, еда, волнения и даже социальные проблемы — расизм, алкоголизм, насилие в семье — все это живое. 
Это кусок чужой страны и чужой истории. Стивен Кинг сравнивает убийство Кеннеди и тот шок, в котором пребывала страна, с событиями 9/11. Да, роман построен на «заезженной» игре в «что было бы если» и не менее популярном сюжете путешествий во времени. Но интересней оказывается не фантастика и не попытка переосмыслить убийство президента. У Стивена Кинга мастерски удается пропустить историю через призму «маленького человека» — учителя литературы из небольшого городка. Доказывая, что иногда один человек, самый обычный, может изменить ход истории и без организованных заговоров (в случае с убийством Кеннеди, Кинг в них не верит). Это справедливо и для вымышленного героя Джейка Эппинга и для реального Ли Харви Освальда. В которого, по мнению писателя, в день убийства президента вселилось зло.

Для меня Кинг открылся как прекрасный бытописатель. И я не помню уже так хорошо другие созданные им миры, но эти два романа — не бульварные бестселлеры.
Их я бы оставила на полке с классикой.