История, которая легла в основу фильма. Кировчанин рассказал о военной судьбе своего дяди
В этом году в Великобритании вышел в свет художественный фильм «Сын другой матери» о невероятной истории русского пленного на острове Джерси. В основе сюжета реальная судьба фотографа из Томска Фёдора Бурого, которого жительница английского острова укрывала от фашистов в годы Второй мировой войны. Волею судеб оказалось, что в Кировске живёт племянник Бурого Фёдора Поликарповича — Василий Ковалевский. Он рассказал о военной биографии своего дяди.
Передовая… Плен…
Родился Фёдор Бурый в Белоруссии в 1919 году. В коллективизацию вместе с родителями был выслан в Томскую область. Когда началась война, Фёдор записался на фронт добровольцем. Его определили фотокором дивизионной газеты в сформированную в Томске 166-ю стрелковую дивизию. Осенью 1941 года дивизия участвовала в жестоких боях под Смоленском. Когда бойцы прорывались из окружения, Бурого ранило осколком мины. Потерявшего сознание пехотинца подобрали немцы.
Советских военнопленных эшелонами отправляли на запад. Так Фёдор оказался во Франции. Сначала его бросали из лагеря в лагерь, затем на барже переправили через Ла-Манш на британский остров Джерси, где находился засекреченный концлагерь «Силт», охраняемый исключительно эсэсовцами.
«Фашисты устроили там настоящий концентрационный ад, — писал Фёдор в воспоминаниях. — Узники работали на каменоломне с утра до ночи, вырубая кувалдами огромные куски камня. С нами обращались хуже, чем со скотом. Срок, когда нас можно эффективно использовать, равнялся, по мнению коменданта, шести месяцам. Потом рабочую силу зверски убивали, медленно удушая железной проволокой. Обессилевших людей расстреливали и сбрасывали со скал в море. Некоторых топили в жидком бетоне…»
Побег
Фёдор видел, что стена, которая огораживала каменоломню, была хоть и выше человеческого роста, но без колючей проволоки — перелезть можно. С одной стороны — Ла-Манш, с другой — фермерские поля. «Тогда я не знал, что остров Джерси очень маленький, всего 20 км длиной и 8 — шириной. И куда там было бежать?». К тому же он не понимал по-английски.
Как-то утром на острове зарядил дождь. «Туман, не сразу заметят», — решил Бурый. Улучив момент, он перебрался через стену и помчался по полю. «На мне была куртка с большими красными крестами на груди и на спине — видно издалека, чтобы наверняка попасть пулей», — рассказывал он. На дороге увидел двоих местных. Сердце ёкнуло: сдадут фашистам? Но один из англичан только спросил: «Рашен?».
Бурого привезли на ферму участника Сопротивления Рене Ле Мотте. Там беглец прожил несколько месяцев под именем Билл. Ему обустроили ночлег в сарае с соломой. Он учил язык по самодельному словарику и слушал радиоприёмник, спрятанный на сеновале. Первой фронтовой сводкой, которую он смог самостоятельно принять на английском языке, было сообщение о разгроме немцев под Сталинградом. Листовки с новостями через участников Сопротивления передавали в бараки военнопленным.
Сын другой матери
Однажды знакомый констебль сообщил фермеру, что немцы наблюдают за его домом, и Рене попросил приютить русского парня свою приятельницу, хозяйку бакалейной лавки Луизу Гульд. Её старший сын погиб на фронте в самом начале войны. Фёдор напомнил ей Эдварда, и в память о нём она решила помочь. «Я должна что-то сделать для сына другой матери», — объяснила женщина свой порыв. Фёдор жил в комнате Эдварда, носил его одежду, совершенствовал английский и продолжал принимать радиосообщения. Он мечтал снова оказаться на фронте, но покинуть остров не представлялось никакой возможности.
Весной 45-го кто-то донес полиции, что миссис Гульд прячет русского. Узнав о готовящемся обыске, она переправила Фёдора в другой город, в дом, где была явочная квартира подпольщиков. К тому времени советские войска уже вели бои на территории Германии. Наконец, долгожданная Победа!
В мае 1945-го Бурый ждал прибытия теплохода из Англии, чтобы отправиться домой. Среди тех, кто его провожал, Луизы не было. О её судьбе Фёдор узнал лишь через несколько лет. Немцы, проведя обыск в доме Гульд, арестовали хозяйку за укрывательство советского военнопленного и отправили в концлагерь Равенсбрюк в северной Германии. Женщину убили в газовой камере за несколько недель до Дня Победы. А Федор Бурый вернулся на родину и, как все репатрианты, был тут же направлен в лагерь.
Орден от королевы
Представители английского Сопротивления, приехав в Москву на годовщину Победы, на приёме у Сталина сказали, что хотели бы вручить Фёдору Бурому орден Британской империи за участие в антифашистском движении. Вождь тут же распорядился, чтобы героя доставили в Москву самолётом.
Уже на следующий вечер вчерашний заключённый получал награду в Кремле. Какой после этого может быть лагерь? Фёдору было позволено вернуться в Томск, где он прожил долгую жизнь, работал лаборантом в НИИ нефти, газа и минерального сырья, затем фотографом в фотоателье. Возглавлял местный совет ветеранов, часто выступал в школах, рассказывал ученикам истории из своей неординарной биографии. Перед смертью в 2001 году ветеран передал в дар школьному музею, организованному в память о Томской 166-й стрелковой дивизии, свои рукописи и письма.
До конца жизни Фёдор Поликарпович переписывался с друзьями с острова Джерси. В 1998 году он съездил в Англию на могилу Луизы, англичанки, спасшей ему жизнь…