Птичий неолит, брак и секс — консервативный обзор

Не бойтесь странного заголовка статьи, он станет понятен после ознакомления с ней. На днях мне на глаза попалась презабавная статейка, опубликованная на популярном атеистическом ресурсе (обойдемся без названий, рекламу ему делать не буду). Интерес мой к ней вызван не столько какими-то достоинствами текста, сколько крайне широко распространенными среди атеистов тезисами, в ней изложенными. Эти тезисы я решил по пунктам опровергнуть, дав в свою очередь консервативный ответ на неё. Вот эта статья, вся орфография и выражения сохранены как есть:
«Тут проскочило мнение, что в «цивилизованном» обществе рабство все-таки победили. И вот тут приходится людей огорчать (а я очень люблю огорчать людей!). А как на счет института брака? На первый взгляд — добровольная вещь.
А что если посмотреть на это так: брак (от слова брать) — это когда человек добровольно отдает себя в пожизненное эксклюзивное пользование другому человеку, в обмен на право вечно эксклюзивно пользоваться этим человеком. Правда, воспринимается по-другому, хотя по сути разницы ни какой. Кстати, все проблемы в браке базируются именно на нарушении эксклюзивности.
Вообще брак это неолитическая придумка, которая есть прямое развитие идеи рабства женщин. Есть еще палеолитическая концепция семьи — община. В ней семья — это союз нескольких мужчин и женщин. И это гораздо эффективнее.
Вот допустим, кто-то временно выходит из строя (болезнь, травма, беременность, роды, да мало ли). Общине гораздо проще распределить его обязанности между «рабочими» членами и при этом обеспечить уход и выздоровление заболевшего.
Напротив, возьмем моногамную семью: 1+1+(~2). Муж работает, жена сидит с бетьми. В итоге, дети не видят отца (а когда видят, он вымотан и ему не до детей); жена лезет на стену, потому, что чуствует, как постепенно тупеет. Вдруг, муж сильно травмируется и не может работать несколько месяцев. Что делать? Правильно, учиться сосать лапу.
А если бы в семье было еще 2–3 взрослых человека, это вообще не было бы проблемой. Женщины вдвоем/втроем по очереди ухаживают за детьми, при этом каждая может так же и работать. Мужья так же принимают участие в воспитании, при этом хватает времени на зарабатывание. Кстати, снимается вопрос разнообразия сексуальной жизни: в распоряжении каждого есть 2–3 половых партнера.
Но есть одно требование: свобода сексуальных неврозов. Потому, что весь комплекс ограничений, табу и запретов, связанных с сексом и органами, используемыми в нем — это сильнейшая психиатрическая патология, которую создала религия и которую поддерживает государство институтом моногамного брака. Сами знаете для чего. И над этим тоже надо работать. И это трындец как тяжело».

Прочитали? Сразу же обратите внимание на каламбур в рассуждениях автора. В одном месте он пишет о браке: «вроде бы добровольная вещь», что намекает на то, что далее в тексте он докажет нам, что вещь вовсе не добровольная. Но в следующем же абзаце наш секулярный философ так и определяет брак: «когда человек добровольно отдает себя…». Т.е. все-таки брак дело хозяйское и человек его совершает добровольно. Отсюда вести рассуждения о рабстве уже не имеет смысла, автор опроверг сам себя. Понимаем, что добровольно подписанный договор на владение собой взамен равного владения партнером на рабство не тянет и… идем дальше.

В тексте мы встречаем, с легкой руки автора, определение всех проблем в браке — дескать, нарушение эксклюзивности, и только оно. Как я понимаю, под эксклюзивностью имеется в виду особое отношение к собственной персоне, которого требует один партнер от другого, в частности (и, судя по всему, это больше всего волнует автора статьи) верности или особых прав на тело и душу. Это заявление не стоит принимать всерьез, поскольку люди в силу самой своей природы всегда будут ждать к себе особого отношения. Если говорить о сексе только с одним постоянным партнером, то брак не является здесь сколько-нибудь особенным институтом, ибо многие люди и без брака ждут от своего партнера верности. С биологической точки зрения моногамное поведение свойственно не только тем из Хомо Сапиенс, которые решили иметь только одного сексуального партнера, но и многим другим животным. Например, ирбисам, волкам, даже саламандрам, но в особенности птицам. Большинство птиц предпочли моногамию. Возникает вопрос — следует ли считать этих животных несчастливцами, которые вступили в брак и раз и навсегда обрекли себя на сексуальное однообразие? И тут я комментирую следующий абзац из сабжа: «Вообще брак это неолитическая придумка, которая есть прямое развитие идеи рабства женщин. Есть еще палеолитическая концепция семьи — община. В ней семья — это союз нескольких мужчин и женщин. И это гораздо эффективнее». Итак, если брак является неолитической выдумкой, надо полагать, что большинство птиц тоже переживало в своей эволюции период неолита. Пожалуй, это самый восхитительный косвенный вывод, следующий из тезисов нашего секулярного автора.

Но давайте мыслить консервативно. Нам заявляют в данном случае, что союз нескольких мужчин и женщин «гораздо эффективнее». Прекрасно. Но остается тогда гадать, по какой причине столь эффективный метод полностью проиграл в борьбе с моногамным союзом. Это эволюционная ошибка? Но тогда такая ошибка должна была стоить нам выживания. И все-таки, именно модель «один мужчина и одна женщина» стала преобладающей формой союза не только в тех культурах, где полигамия строго осуждается, но… и в тех, где полигамия вовсе не запрещена. В странах ислама, несмотря на полностью одобренную обществом и законом полигамию, доля многоженцев стремится к значениям, близким к статистической погрешности. Их там практически нет. Как было их мало и в языческом мире, в тех языческих культурах, где так же одобряли полигамию. То есть, иными словами, эволюция и развитие социума опровергают заявления автора об эффективности полигамии.

Далее следуют очень интересные рассуждения о минусах моногамии. «Вот допустим, кто-то временно выходит из строя (болезнь, травма, беременность, роды, да мало ли). Общине гораздо проще распределить его обязанности между «рабочими» членами и при этом обеспечить уход и выздоровление заболевшего». Вроде бы все логично, но за кадром остается закономерный вопрос: а зачем общине тратить силы на уход за заболевшим, которого в полигамной модели легко заменить на здорового члена? Полигамная модель союза мужчин и женщин основана не на особом отношении к партнерам и не на чувствах, а на утилитарных соображениях, поэтому добровольное стремление одного из здоровых членов такого союза ухаживать за больным членом союза будет, в некотором смысле, проявлением эксклюзивности. Так же, обратите внимание, что в силу того, что наш автор — секулярный атеист, его мышление исключительно левое. Он говорит строго в утилитаристских терминах и призывает к распределению.

Автор отчего-то считает, что моногамная семья — это исключительно работающий муж. Но давайте посмотрим, что придумало человечество в качестве решения этой проблемы, отдав все-таки предпочтение моногамному союзу. Работали и работают всегда оба. Работали когда-то и большую часть истории даже дети, пока социалисты не отняли у них это право. В Средневековье и в древности дети — это ценный актив. Фактически, дети работали в семье не меньше своих родителей, в поле, в лесу, на охоте и т.д. Женщины так же работали в поле, занимались изготовлением необходимых в быту предметов, а вовсе не торчали у котла днями напролёт и уж точно не особо много занимались воспитанием детей — трудные условия жизни не оставляли на это времени. Сегодня есть возможность отдать детей в детский сад и тогда работать могут оба супруга. Сегодня существует социальное страхование — и не только государственное, но и частное. А детям работать уже не обязательно, им нужно учиться, ибо экономический уклад стал другим. Таким образом, общество уже давно решило проблему, которую поставил автор критикуемого мною текста.

Автор пишет, что женщины могут по-очереди ухаживать за детьми… стоп… простите. Вернемся немного назад, где автор пишет «брак это неолитическая придумка, которая есть прямое развитие идеи рабства женщин»… уловили? Наш дорогой либерал и борец за права женщин почему-то сам, говоря о воспитании детей, пишет только о женщинах. Обратите внимание на то, что написал выше я, человек консервативных убеждений. Женщина может работать, она не обязана сидеть с детьми. Есть люди, которые могут посидеть с вашими детьми за плату. Причем, как говорят специалисты, это даже благотворно влияет на отношения родителей и детей — если дети воспитываются в раннем детстве у нянек или в детском саду. Это к вопросу о том, что дети не видят отца. Но они и не должны видеть отца и мать с утра и до вечера. От себя добавлю, что, по-моему убеждению, если говорить о сыновьях, то женская роль в их воспитании должна главенствовать в первые три-четыре года их жизни, после своего малолетства сыновьям лучше проводить большую часть времени со своим отцом.

Дальше в тексте нам говорят о том, что полигамный союз снимает вопрос и о разнообразии сексуальной жизни. Эх. У меня подозрения, что тот, кто писал подобное, вообще не вступал еще в сексуальную жизнь. Ибо знал бы, что разнообразие в сексуальной жизни достигается не количеством партнеров, а качеством секса с партнером. Как вы сами понимаете и знаете, секс может быть разным. Можно всю жизнь заниматься им в одной позе с тысячами мужчин и женщин, но в таком случае не будет никакого разнообразия. И можно пройти всю камасутру с одним-единственным человеком и жить богатой сексуальной жизнью.

Последний абзац самый интересный. Автор пишет о свободе от сексуальных неврозов. Видимо, он полагает, что много партнеров помогут ему обрести гармонию в этом отношении. Но здесь он ошибается, по той причине, что секс — это не только физическая составляющая. Более того, давно уже доказано, что секс прежде всего — удовольствие психологическое. Большая часть процесса во время секса происходит в мозгу человека. Понятно, что здесь и особые ощущения от близости с конкретным человеком, и в том и состоит основной посыл секса — в эксклюзивности, которую так недолюбливает наш герой, той эксклюзивности, которую один человек проявляет к другому, на том уровне близости, который мы еще называем интимным. Обилие партнеров не даст этих ощущений эксклюзивности и автор не получит главного человеческого кайфа в жизни — ощущения себя любимого особенным и незаменимым. Это очень важный эволюционный фактор, которому люди придавали значение и, по всей видимости, отдали ему свое предпочтение в силу своей природы, более склонной к моногамии и эгоизму, чем к полигамии и социалистическому утилитаризму. Обратимся к опыту самой успешной куртизанки в истории Нинон де Лакло. Она не продавала себя за деньги, но её обеспечивали сотни богатейших мужчин Парижа. Как куртизанка умудрилась получать деньги от клиентов, не вступая с каждым из них в половую связь? Нинон разделила своих клиентов на тех, кто может проводить время рядом с ней в её салоне за деньги, но возможно никогда не сможет переспать с ней и на тех, кто все-таки попадал в число счастливчиков, которым она ровно на один месяц уделяла свое внимание и эксклюзивно, только для этого клиента, была исключительно его любовницей в течение этого периода — бесплатно. В чем секрет её успеха? Будучи очень умной женщиной, она прекрасно разбиралась в психологии и была изумительной и внимательной любовницей и те, кому удавалось целый месяц спать с ней, говорили все как один — Нинон де Лакло отдавалась избраннику полностью и без остатка, давая ему почувствовать себя особенным, избранным. Она одаривала такого мужчину эксклюзивными отношениями. И ради хотя бы шанса ощутить это чувство, мужчины были готовы тратить деньги на Нинон, ожидая её решения. Нет сомнений, что прошедшие через это мужчины были бы рады иметь её своей женой. И да, это касается не только мужчин. Великий кутила Казанова вёл себя так же, отдаваясь выбранной и соблазненной им женщине без остатка. Собственно, великие любовники в истории человечества, несмотря на свои многочисленные связи, тем и достигали успеха у противоположного пола, что прекрасно знали секрет значения эксклюзивности.

Этот исторический пример я привел как яркую иллюстрацию главной функции секса. Если для автора текста секс остается в рамках физического удовлетворения, то этот пример опровергает такое к нему отношение. Когда он пишет, в негативном тоне, об эксклюзивности и сексуальных неврозах, то допускает грубую ошибку. Секс и есть эксклюзивность особого рода. Брак помогает партнерам получить гарантию на продолжение этой эксклюзивности, засвидетельствованную перед другими «желающими».

В конце автор пишет о том, что институт брака поддерживает государство. Знаете, в наше время, когда государство всячески пытается бороться с этим институтом, даже писать такое должно быть стыдно. Не говоря уже о том, что институт брака появился раньше государства, он предшествовал ему. Без комментариев.

В заключение, давайте посмотрим на брак с консервативной точки зрения. Надо понимать, что люди живут на Земле уже очень много лет — десятки тысяч. У человечества огромный опыт жизни. Когда люди во всем мире решили, независимо друг от друга, что моногамный брак является оптимальной формой сожительства, они решили так не потому, что их заставило государство или религия — уж слишком много совершенно разных религий на Земле, а моногамия ценна среди всех их последователей. Моногамия и брак стали преобладающей формой отношений между полами в силу своего оптимального решения проблемы выживания. Люди — существа экономные по-большему счету. Экономия проявляется в том числе и в решениях проблем. Так, на решение различных вопросов, которые человек встречает впервые, уходит больший запас сил, чем на решение этих же проблем в дальнейшем. Потом они чаще всего решаются буквально на «автомате». Это как с вождением, вам надо только привыкнуть и выработать автоматические рефлексы. Затем будет легко и сил на вождение вы будете тратить намного меньше. Как физических, так и душевных. Так устроен наш мозг. Любые правила мы создаем как часть экономии своих сил, правила направлены на создание вокруг себя предсказуемого и управляемого мира. Если мир будет непредсказуем и неуправляем, мы ничего не сможем сделать. Моногамный брак так же относится к такой экономии — если у нас будет постоянный партнер, который хранит нам верность, то мы будем уверены, что он ничем не болен (речь о ЗППП). Мы будем уверены, что у нас общие дети. Так же, с верным «до гроба» человеком можно спокойно заниматься накоплением и обогащением, не бояться заболеть и стать инвалидом, оставлять ему наследство. Испытывать особые психологические ощущения, связанные с эксклюзивностью на протяжении всей жизни, а не один месяц, как у Нинон. Наконец, брак все же обязывает к взаимному сексуальному удовлетворению, что гарантирует человеку обеспечение этой важной потребности: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию», пишет Апостол. У полигамных союзов такие обязательства гораздо менее очевидны, к тому же вообще не ясно, зачем нужен полигамный союз, ограниченный тремя или четырьмя партнерами под одной крышей, если можно выходить за пределы этого «дома»? В мире полигамии нет строгой необходимости фиксации своих отношений с определенными людьми, иначе они будут «эксклюзивными» (что не нравится автору критикуемой мной статьи). Следовательно, не будет никаких гарантий на наследство и у детей, да и неизвестно, чьи же это вообще дети, от кого они. А человек, напомню, по природе эгоист, любит себя, он стремится к продолжению себя и оставлению о себе любимом памяти. У многих королей и султанов были сотни детей от разных женщин, но в силу того, что большая их часть была рождена вне законного моногамного союза, их имена и личности просто канули в лету, и они ничего не смогли рассказать о своем отце человечеству.

Хочу заметить важную вещь, чтобы меня не обвиняли в излишней идеализации брака. Брак однозначно не для всех. Об этом говорит Апостол, называя брак призванием. Брак — это сложное предприятие. Кстати сказать, он ничем не отличается от бизнеса, в некотором смысле, и требует инвестиций, гарантий и разумного управления. Не все люди хорошие бизнесмены. Поэтому кому-то действительно не стоит иметь дело с брачным союзом. Многим он не по плечу. Часто люди в браке бывают несчастны, что говорит не против брака, а против конкретно их занятия браком — лучше бы они не лезли в этот «бизнес». В конце концов, когда один человек преуспевает в одном деле, а другой в нем терпит неудачу, не дело плохое, а танцор плохо танцует!