Николай Ладовский 1929–1930 гг.

Урбанистика — ругательное слово?

Fed Novikov
Aug 3, 2016 · Unlisted

Последние пару месяцев повсюду появились насмешки над урбанистами:

« — Слышала, у Таньки-то младший урбанист оказался? — Господи, бедная, срам-то какой. И ведь вроде нормальная семья, не пьют».

Скорость взлета и падения репутации “урбанистики” в России поражает. Ведь еще 7 лет назад урбанистики как публичной темы и образования в России, по сути, не существовало.

В 2009 — на 17-ый год бессменного правления Ю.М. Лужкова — само собой разумелось, что мэр решает в городе все. После десяти лет бурного экономического роста Москва встала в одну нескончаемую пробку, а для решения транспортных проблем Институт Генплана упорно предлагал расширять дороги. На все газеты города приходилось четыре или пять экспертов по городской политике: Михаил Блинкин и Александр Сарычев (НИИ Транспорта и Дорожного Хозяйства), Вячеслав Глазычев (МАрхИ), Александр Высоковский, и сотрудники Института экономики города. Григорий Ревзин тогда писал об архитектурном облике города, а МАрхИ обучал архитекторов-градостроителей по советской методологии.

Транспортные проблемы города стали для многих толчком для любопытства к городскому развитию. Зимой 2008 года, в библиотеке кафе “Билингва”, несколько десятков человек расселись за столики и заказали себе выпить перед лекцией тихого и улыбчивого мужчины. В тот вечер Михаил Блинкин прочитал публичную лекцию со сложным названием, но понятным содержанием “Этиология и патогенез московских пробок”. Эта скромная лекция стала переломной точкой в истории развития урбанистики в России. Михаил Блинкин был первым, кто отказался от надменного тона эксперта и объяснял городские закономерности так, чтобы они были понятны каждому автомобилисту, школьнику и домохозяйке.

Сегодня мы оказались в зеркальной реальности, когда каждая домохозяйка — урбанист. Власти слушают и поддерживают экспертов, создавших урбанистический бум. Они проводят публичные конкурсы и выбирают проекты, отвечающие последним трендам в науке. Но в результате — эксперты и жители пошли друг на друга войной. Как так могло получиться? И так ли эта ситуация плоха, как кажется на первый взгляд?

Урбанистика vs. Градостроительство

Градостроительный подход в российских городах был унаследован из советского прошлого: в 1931 году Сталин упразднил профессию городских инженеров и передал проектирование городов архитекторам. В отсутствие права собственности на землю потребность в регулированни взаимотношений в городе отпала. Cоветские архитекторы рисовали города и определяли все аспекты городской жизни: от планировок районов, расположения и функций магазинов до количества автомобилей у жителей.

Советский Союз строил города и дороги. В Америке и Европе тоже строили города и дороги. Похожие цели достигались разными методами. В любом городе с рыночной экономикой и демократической властью градостроительная диктатура невозможна.

Урбанистика отличается от авторитарного градостроительства тем, что занимается регулированием и посредничеством между разными интересами в городе.

Урбанистика — как дизайн процессов взаимодействия жителей и власти в городе, обрела свою силу в мире на тех же противоречивых основах, что и в Москве, лишь 50ю годами ранее. До 70х во всем мире в среде экспертов было не принято докучать жителям знаниями о сложных концепциях. Эксперты решали за жителей, и в меру собственного представления о добре и зле.

Со временем привычного политического популизма оказывалось недостаточно, чтобы получить одобрение ставших недоверчивыми жителей — их недовольство усиливалось, а меры требовались все более непопулярные, вроде введения платных парковок. И уже в 2000х такое, казалось бы, хорошее дело, как создание пешеходных отрезков Бродвея, городским властям удалось запустить лишь как эксперимент, а решение о создании перманентной пешеходной зоны было принято только после детального анализа и отчета перед общественностью.

Журналистика как урбанистика, урбанистика как журналистика

Потребность в культурных изменениях, в переосмыслении сути профессии при переходе от советского градостротельства к рыночному градорегулированию привела к тому, что героями и пионерами урбанистики начала 2010-х в России стали не ученые, не политики, не девелоперы, а журналисты.

Именно журналисты оказали ключевое влияние на распространение новых вопросов по городскому развитию. Одними из первых популярно о городских проблемах начали писать издания The Village (команда LAM, Сергей Пойдо), Большой Город, Эксперт. За считанные год-два в рубрикаторах сайтов и местных газет появилась тема “город”. Александр Острогорский, Мария Фадеева, Алексей Щукин, Алексей Муратов, буквально вчетвером, долгое время формировали урбанистическую повестку страны. В 2009 году в программе “Школа злословия”, Илья Осколков-Ценципер, на тот момент сооснователь журнала “Афиша”, рассказал о задумке нового Института “Стрелка”, созданного для изменения культурного ландшафта городов. Уже через год Екатерина Гольдберг запустила открытую летнюю программу “Стрелки” с циклом научно-популярных лекций и дискуссий по урбанистике. Растущий интерес публики к теме позволил Егору Коробейникову превратить свой блог UrbanUrban в полноценное издание. Илья Варламов и Максим Кац, как бы к ним ни относилось профессиональное сообщество, сыграли важную роль в привлечении общественного внимания к городским проблемам.

Роль журналистики и непрофессионалов в популяризации урбанистики в России не уникальна. Домохозяйка Джейн Джекобс написала одну из самых влиятельных книг по урбанистике в Америке — “Смерть и жизнь больших американских городов”. В ней она наглядно показала, как некоторые градостроительные концепции экспертов противоречат повседневной жизни горожан. Для сравнения, представьте, что Евгения Чирикова написала бы самую популярную книгу по городскому развитию в России.

Урбанистические концепции становятся все разумнее, но и сложнее. Но также сложнее становится убедить жителей, а с ними и власти, в реализации дорогих проектов с отложенным эффектом. Так Сан-Франциско не может выбраться из жесточайшего жилищного кризиса, так как местные жители блокируют новое строительство.

Поэтому медиа стали важнейшим инструментом для урбанистики. Каждая домохозяйка должна быть урбанистом в той же мере, в которой каждая домохозяйка — избиратель. Популяризация городских вопросов за последние годы создает фундамент для участия жителей в городской жизни. Это было большим достижением всех перечисленных выше. Но как и развитие города, это процесс, который не останавливается.

Маятник

После смены Юрия Лужкова на Сергея Собянина в Москве появилось уникальное окно для внедрения новых принципов взаимодействия в городе. Новая городская администрация находилась в поиске идей и точек опоры в общественном мнении, и шла на контакт с университетами, общественными организациями и даже активистами.

Журналистские акции Большого Города и расследования Ирины Ясиной повлиялили на развитие доступной среды в Москве. Деятельность Архнадзора на некоторое время повлияла на политику новой администрации в области сохранения архитектурного наследия.

Часть активистов даже перешло работать в администрацию. Например, Алексей Митяев последовательно продвигал меры для улучшения велосипедной инфраструктуры в Москве, и в итоге его позвали отвечать за это направление в Департамент транспорта. Николай Переслегин перешел из активистов защиты архитектурного наследия в профильный департамент.

На этот короткий период времени пришелся взрывной рост популярности урбанистики, новых проектов и организаций. За считанные годы в России открылись образовательный программы качественного другого уровня: Стрелка, Высшая Школа Урбанистики им. Высоковского, МАРШ, Центр городских исследований СКОЛКОВО, Кафедра Территориального развития РАНХиГС, Лаборатория урбанистических исследований (СПб), и другие.

Несколько лет было ощущение, что в городе смогут сформироваться более взвешенные и открытые процессы принятия решений. Мэрия прислушивалась к сообщениям из приложения Активный Гражданин, а Сергею Капкову любой мог написать в фейсбуке и получить публичный ответ лично от него. Жителям Ленинского проспекта удалось остановить расширение магистрали, а открытие реконструированной Пятницкой улицы стало настоящим праздником для всего города.

Город-мутант

Мечты о новой эре взаимодействия горожан и властей в Москве пошатнулись с объявлением досрочных выборов мэра, после которых курс на взаимодействие с жителями и независимыми организациями быстро сошел на нет. С тех пор город планомерно возвращается к старым градостроительным методам, оставаясь при этом одной ногой в новых реалиях, где его крепко держат свежие урбанистические концепции, немыслимые без вовлеченности жителей.

В отсутствие демократических принципов взаимодействия внутри города, копирование внешних атрибутов западного дизайна делает из урбанистики карго-культ. Какими бы хорошими ни были проектировщики или сами проекты, они становятся легкой мишенью для критики, особенно когда дело доходит до реализации.

Почти все городские программы, бюджеты и проекты прямо или косвенно привязаны к двум медийным датам: 1 сентября (День Города) и 1 мая. Москва постоянно беременна и должна рожать новый город каждые 9 месяцев. В атмосфере спешки ошибки в проектировании инфраструктуры неизбежны. Причем эксперты сами передали жителям знания, достаточные, чтобы понять всю неэффективность такого планирования и его допотопный популизм.

Иначе говоря, какая политика — такая и урбанистика. Так, видимо, рассуждают эксперты, которые смирились с разворотом политики, и пытаются быть реалистами, чтобы продолжить работу — мэры приходят и уходят, а реконструкция должна продолжаться.

Время не вернуть вспять, термин “урбанистика” не скоро сможет отмыться от навязанной ассоциации с диктатурой выбора и украшательством. По своим принципам и предназначению, урбанистика является прямой противоположностью тому образу, который ей сегодня навязали, просто мы вернулись в колею авторитарного градостроительства.

И теперь любая домохозяйка звучит разумнее эксперта, спрашивая, сколько мы потратили на Тверскую и почему именно сейчас, и какой будет эффект для транспорта и экономики. Эта новая мудрость жителей позволяет надеяться, что последние годы популяризации урбанистики не прошли даром. Даже если само слово “урбанистика” останется ругательным.

Official Russian

Истории и идеи каждого на русском.

Unlisted

Fed Novikov

Written by

Official Russian

Истории и идеи каждого на русском.

Welcome to a place where words matter. On Medium, smart voices and original ideas take center stage - with no ads in sight. Watch
Follow all the topics you care about, and we’ll deliver the best stories for you to your homepage and inbox. Explore
Get unlimited access to the best stories on Medium — and support writers while you’re at it. Just $5/month. Upgrade