15 вопросов про “Четвёртый сектор”

Под Новый год авторы этого блога — журналисты медиа-проекта “Четвёртый сектор” — собрали в кучу разные вопросы, которые им когда-либо задавали. И ответили на них

  1. Что вы вообще такое?

Группа журналистов-фрилансеров, объединённых в одном медиа-проекте. Мы занимаемся тем, что любим в журналистике больше всего — сложными темами и жанрами. Расследования, исследования, спецрепортажи, циклы, вот это вот всё.

Но “Четвёртый сектор” — не только фриланс-группа. Наша вторая цель— создание сети региональных журналистов, работающих в сложных жанрах, и создание возможностей для их обучения и поддержки.

Пока мы делаем кое-что в этом направлении на голом энтузиазме: формируем Коробку с инструментами и ведём Календарь дедлайнов для расследователей, переводим статьи о расследовательской журналистике и публикуем их в блоге, составляем список “фантастических журналистов нестоличной России”.

2. Почему “Четвёртый сектор”?

Наш проект — это абсолютно некоммерческая журналистика. Поэтому в названии объединены два понятия: “четвёртая власть” (СМИ) и “третий сектор” (некоммерческий сектор).

3. На какие деньги вы существуете?

У нас три статьи расхода — оплата хостинга, домена и парочки сервисов, упрощающих наше существование в социальных сетях. Её мы покрываем из личных средств. Никто из журналистов проекта не получает зарплату в медиа-проекте. Каждый по отдельности существует на гонорары от СМИ, персональные гранты, денежные премии за победы в конкурсах, частные пожертвования и доход из других источников, от других работ.

4. Зачем вообще вам это надо? Вряд ли это приносит большие деньги

Это совершенно точно не приносит больших денег. Но так мы получаем удовольствие от жизни. Это, кстати, самая распространённая мотивация региональных журналистов-расследователей.

5. Если вы фрилансеры, зачем вы вместе?

“Наверное, просто вместе немного теплей” ))

(ну а ещё мы получаем значительные профиты от возможности комбинировать разные компетенции каждого члена команды)

6. Как к вам попасть?

Мы не можем никого нанять и не можем ничего гарантировать, поэтому у нас нет “вакансий”. Наш круг сложился сам собой, мы никого не искали специально, и если нас когда-нибудь станет больше, то, как нам кажется, это произойдёт примерно также — само собой.

С другой стороны, мы вполне допускаем совместное делание чего-либо в общих проектах и самые разные формы партнёрства и коллаборации. Например, с пермским порталом 59.ru пробуем сформировать объединённую расследовательскую группу.

7. Можно ли вам заказать журналистское расследование/исследование?

Можно, если вы средство массовой информации или некоммерческая организация и заказываете проведение расследования/исследования по некой конкретной общественно-значимой теме/проблеме/инциденту и не диктуете при этом, против кого или в чью пользу оно должно быть проведено.

8. Можно ли вам заплатить, чтобы вы не проводили расследование?

Нет.

Четвёртый сектор: Михаил Данилович, Владимир Соколов, Анастасия Сечина (за кадром — Ярослав Чернов)

9. Когда вы создадите объединение региональных журналистов?

В 2019 году начнём.

10. Где вы публикуетесь?

Мы зарегистрированы как средство массовой информации, но это необходимо только для того, чтобы посылать запросы и печатать удостоверения журналиста. У нас не стоит задачи развивать собственное автономное СМИ. Это совсем другая экономика и ответственность. Пока мы к такому не готовы. На нашем сайте собраны публикации, которые выходили в “Медузе”, “Настоящем времени”, “Батеньке”, 59.ru, интернет-журнале “Звезда”.

11. Есть ли проблемы с опубликованием текстов из-за цензуры?

Из-за цензуры — нет. Были ситуации, когда СМИ говорило, что ему текст не подходит. Причины разные: не в формате, не в стиле, слишком локален. Да и вообще, чувство прекрасного у редакторов очень разное: что для одного — унылое говно, то для другого — огонь (у нас такое бывало).

Если какое-то СМИ нам отказывает, мы предлагаем публикацию другому. Такого, чтобы текст не опубликовал никто, не было.

12. Как вы работаете, когда создаёте вместе один материал?

По сути, мы все материалы создаём вместе.

Нас всего четверо: три журналиста и один фотограф. У каждого свой набор компетенций—кто-то, плюсом к писательству, может также снимать фото и видео, управлять квадрокоптером, монтировать видео и аудио, верстать в Тильде, фигачить инфографику.

Главного редактора нет. Формально он есть, по факту — каждый суслик агроном. Когда один пишет текст, два других мутируют в редакторов (с одним редактором текст допиливается, второй смотрит допиленный текст свежим взглядом). Это происходит независимо от того, в каком СМИ он будет публиковаться и ещё до правки редакторами того СМИ.

Основной автор (журналист), как правило, один.

13. А опыт трансрегионального сотрудничества у вас есть?

Бывает, мы обращаемся к коллегам из других регионов за помощью в поисках информации. Опыт именно сотрудничества был только у Михаила Даниловича — он был “мастером” в экспедиции, организованной Сила.Медиа. В ней приняли участие журналисты из разных регионов, но работали все над одной конкретной темой. В итоге вышел вот этот текст.

Совместная работа над одной темой, по-разному воплощённой в разных локациях — это тот опыт, который хочется получить. Мы к нему идём.

14. Как, живя в регионе, написать материал на федеральную тему?

Вариант 1: получить грант, в котором заложить расходы на поездки в другие регионы.

Вариант 2: сотрудничать с журналистами в других регионах, чтобы собрать полную картинку.

Вариант 3: воспользоваться безграничными возможностями интернета и телефона.

Вариант 4: написать материал на федеральную тему, основываясь на местном материале (такое возможно, если тема легко проецируется на любой регион и не имеет ярко выраженной локальной специфики).

Мы пока реализовывали варианты 1, 3 и 4. Примеры такой работы:

15. Вы себя ощущаете региональными журналистами? Или как?

Как выяснилось, у всех по-разному. Кое-кто пожимает плечами. Кое-кто космополитично заявляет, что он “журналист мира”, и в наше время вообще без разницы, откуда ты занимаешься журналистикой. Кое-кто, однако, ощущает себя регионалом — поскольку разница в исходных данных и условиях существования “регионалов” и “федералов” всё-таки есть, и существенная. Регионалам реализоваться в расследовательской журналистике гораздо сложней, это вызов, а принятие вызова, соответственно, важная часть самоидентификации.