Амазонка. Перу.
Как выжить в джунглях
Часовой перелет из Лимы в Икитос, 30 минут на автобусе и 2 часа на моторной лодке по Амазонке до лоджа. Вода в Амазонке темная и мутная. Местные называют этот цвет “кофе с молоком”, но больше он напоминает эспрессо.
Лодж стоит на берегу реки на высоких сваях, как и все дома на побережье. Река постоянно преподносит сюрпризы, так что земля под домами большую часть времени покрыта толстым слоем воды.
Жизнь здесь подчинена строгому распорядку. В 7:30 завтрак. Никаких привычных с 7ми до 10:30. Если до 8ми покушать не успел, жди обеда. Он в 12:30. Опять же забудьте про шведский стол, — здесь салат, мясо или рыба, рис и фрукты.
Расписание так же касается света и электричества. Генератор работает с половины шестого вечера до одиннадцати. Если надо что-то зарядить, высушить волосы феном или полежать под вентилятором, — пожалуйста. Но только в этот период. Первое время это кажется абсурдом, но потом быстро привыкаешь. Никакой мобильной или интернет связи, конечно, здесь нет. Сначала выходишь на пристань, пытаясь поймать сеть, а потом просто забиваешь и валяешься в гамаке. Телевизоров, конечно, тоже нет. Зато есть шкаф с книгами, тщательно обернутыми в целлофан и пронумерованными.
Как домашнее животное, по лоджу ходит попугай Педро и со всеми здоровается. “Hola!” Летать он отказывается, поэтому двигается вверх и вниз, помогая себе клювом. Сотрудники лоджа уверяют, что летать он умеет, но стал таким толстым, что просто не хочет.
Британи, дочка хозяйки, приехала сюда на каникулы. Бетти заведует кухней и баром. Вашингтон убирает комнаты. Странно слышать эти имена в глуши джунглей, — индейцы легко поддаются западному влиянию.
После первого же вечера ноги начинают чесаться от укусов москитов (28 укусов на левой ноге), а днем вся одежда становится влажной и прилипает к телу. Небо постоянно затянуто облаками, но без солнечных очков глаза все равно слезятся.
Для похода в джунгли нам раздали резиновые сапоги. Это не те джунгли, которые мы видели в Коста Рике. Там я шла в лодочках по сухой твердой земле. Здесь ты утопаешь в глине, скользишь подошвами по влажной поверхности корней деревьев, переходишь через заводи и речки по поваленным стволам. Дорожка уже протоптана, но лианы так быстро растут, что проводник время от времени размахивает мачете, чтобы очистить путь.
Днем я осталась у бассейна, пока все разьехались на рыбалку, смотреть на гигантские лилии и розовых дельфинов, живущих в Амазонке. Амазонка огромная: она достигает 5 тысяч км в длину, а глубина доходит до 60ти метров. Периодически затопляя прибрежные поселенья, она остается главным кормящим органом для местного населения.
В лодже тишина, Бетти поет, Вашингтон с кем-то перекрикивается. Но в основном слышно птиц, — это как раз то, что невозможно передать в тексте. Звуки джунглей можно только услышать. Днем под каплями мелкого дождя, а ночью под тропическим ливнем. Я легла спать в гамаке на балконе, затянутом сеткой от москитов, но заснуть не смогла. Шум джунглей, громкий гудящий лес, — кажется, что он двигается от звуков, пытаясь заглушить воду с неба.
Поздно вечером нас повезли на середину реки послушать звук джунглей. Ощущение пугающее. Сначала плывешь на маленькой моторной лодочке против течения 20 минут, — вокруг полная темнота, абсолютно черные силуэты леса, гид освещает воду ручным фонариком, размахивая им в разные стороны. Впереди ничего не видно. Водитель сидит сзади, и тоже ничего не видит, а в воде то там, то тут торчат куски деревьев.
Нас вывезли на середину реки, заглушили двигатель, выключили фонарь, и лодка поплыла по течению. До воды сантиметров 15, — очень близко. По бокам лодки постоянно что-то проплавает, то ли змеи, то ли палки. Тени пугают. Джунгли гудят от звуков птиц, цикад и жаб. Рассказы про анаконду не дают покоя. В лодке нас 10 человек, невольно приходят сравнения с “10-ю негритятами” из фильма. Течение поворачивает лодку то вправо, то влево. Становится непонято, откуда мы приплыли и куда направляемся.
Течение такое быстрое, что через 10 минут мы уже опять у лоджа. Фух…
Ужин по расписанию в 7:30 для всех.
Атмосфера такого проживания способствует объединению. После ужина все гости лоджа собираются в центральном домике в форме ротонды с крышей из пальмовых веток, садятся на высокие стулья полукруглого бара и начинают знакомиться. Здесь есть вино, Гавайский ром, Johnnie Walker и Pisco. А еще бильярдный стол, наклоненный вправо, от чего траекторию шаров предсказать невозможно, и гамаки.
Пожилая пара из Колорадо, чья дочь усыновила двух маленьких русских детей и одного армянина, — самые активные участники всех дискуссий.
Молодой фермер из французских Альп почти не говорит по-английски, зато разбирается в сырах и вине. Он приехал в Перу уже во второй раз, опять один, тк не смог найти себе кампанию, — слишком далеко и дорого.
Американец с мальчиком с большими грустными глазами переехал в Лиму из Нью Йорка, — здесь он женился, развелся и теперь остается в Перу ради сына. Есть женщина и мужина. Они приехали раздельно. Но, кажется, уедут вместе. Атмосфера здесь вообще располагает к союзам.
Перед вылетом мы слезно прощались. Американец сказал: “Те, у кого есть русские дети, всегда будет любить русских людей”.
Дима пьет с попугаем. Компанию не нашел
Сегодня мы уже третий день пытаемся попасть домой. Забастовки в Iberia, опоздания LAN! Вторая ночь в бесплатных отелях, чемоданы сданы в багаж, а потому надеваем одни и те же вещи. Спасает только красное вино. Надеемся вернуться в Москву во вторник.
Ура!