Респонденты, а также их родители (в UX)

Интро

Исследовали образовательную платформу, где ученики старших классов берут видеоуроки для подготовки к экзаменам. Выбор таких занятий зависит от решения родителей, поэтому их приглашали на интервью вместе с детьми (15–17 лет).

У нас было всего 8 пар родитель-ученик, поэтому ни на какую статистическую значимость эти наблюдения не претендуют. Я не исключаю, что есть факты и экспериментальные данные, которые могут противоречить наблюдениям ниже. Но они ИНТЕРЕСНЫЕПРАВДА. Все наблюдения можно разбить на три тематические группы:

1) Присутствие на тесте двух знакомых между собой респондентов.

Как ни странно, оказывается есть целый метод исследования, построенный на этом приеме (см. пункт 4.6 здесь).

Что удалось заметить мне:

Во-первых, это раскрепощает обоих респондентов, т.к. они НЕ находятся наедине с незнакомым человеком в незнакомой обстановке. При этом второй респондент может молчать. Просто тот факт, что он сидит рядом — делает первого общительней.

Во-вторых, время от времени один из респондентов (сейчас будет сюрприз) ВЫПОЛНЯЕТ РАБОТУ МОДЕРАТОРА, потому что задает другому вопросы и вообще так или иначе побуждает проговаривать действия\мнение.

В-третьих, второй респ так или иначе создает нестандартную ситуацию пользования интерфейсом, постоянно отвлекая внимание первого на сторонние разговоры или заставляя вербализовывать мысли об интерфейсе (а соответственно и анализировать интерфейс, чего никто в естественной ситуации не делает).

2) Разные модели взаимоотношений и реакций друг на друга в парах родитель-ребенок по полу обоих участников.

Интересно и само по себе, и потому что влияет на поведение респа на тесте, его общение с модератором и мнение об интерфейсе.

Папа-дочь: “Она у меня с головой на плечах, я доверяю ее выбору, мое дело — оплатить занятия”.

Отцы часто отступали на задний план, уступая право ответа дочерям, поддерживали и обосновывали их мнение. Дочери заинтересованно слушали отцов (читай: смотрели и кивали, не перебивая), но больше были склонны развернуто высказывать свое мнение независимо от того, совпадало оно с родительским или нет.

Эти пары мало обсуждали сам интерфейс (отцы чаще переходили на обсуждение своего жизненного опыта) и больше — установки, цели и ожидания.

Что интересно, ни те ни другие, если у них случались разногласия, не цеплялись за них, а просто озвучивали свою точку зрения и шли дальше (в манере “да? а я вот не оставляю обычно номер телефона на таких сайтах… ну ладно”).

Мама-сын: “Мама, зачем ты ответила за меня?”

Для сыновей присутствие матери как будто работало как раздражитель и ограничитель возможности высказываться самостоятельно. Когда матери рассказывали что-то из разряда “мы никогда не пользуемся онлайн-платформами”, сыновья ждали своей очереди, чтобы уточнить и поправить прозвучавшее (интересная деталь — в этот момент они именно не заинтересованно слушают, а как будто напряженно ждут паузы, чтобы поправить).

Еще у сыновей есть очень полезная для юзабилити-тестов склонность “объяснять маме, как все работает на самом деле” (т.е. подробно вербализовать свое понимание интерфейса).

В целом матерей больше тянуло на обсуждение отвлеченных вопросов (вплоть до полного перехода на тему “как мы переехали из города N”), а сыновей на конкретику по поводу интерфейса.

Эти пары больше склонны акцентировать внимание на различии во мнениях (что кстати тоже полезно для теста, потому что начиная обсуждать что-то, они запросто выдают фразы вроде “да? а бы я вот никогда не поняла это так”).

Мама-дочь: “Ура, мы разобрались”.

У этих пар как будто очень большая тяга работать как команда, подкреплять и развивать мысли друг друга. Здесь я затрудняюсь сказать, полезно это или вредно для теста — например в одном из случаев, обсуждая между собой смысл диаграмм, они пришли к правильному выводу, в отличие от всех остальных участников исследования (т.е. выполнили задание, которое провалили все остальные). Но естественно тут больше вероятность, что респондент выскажет не свое чистое суждение, а сформирует его, отталкиваясь от уже озвученного другим человеком.

Что полезно для тестов — мамам\дочерям достаточно просто задать тему разговора. Они НЕПРЕРЫВНО обсуждают интерфейс, и им практически не требуются вопросы модератора, чтобы генерировать релевантные данные.

Что примечательно, на втором этапе проекта мы интервьюировали детей уже без родителей, и те же самые дочери были значительно менее разговорчивыми (с тем же самым модератором).

Пар отец-сын в этом исследовании, к сожалению, не было, и про такой тандем наблюдений нет.

3) Разница между девочками и мальчиками

Как известно, девочки взрослеют раньше мальчиков. В этом исследовании у респондентов был как раз тот возраст (15–17 лет), где эти различия очень заметны.

В целом девочки гораздо ближе по поведению к “полезному” и “взрослому” респонденту:

- не стесняются возражать модератору

- уточняют вопросы

- формулируют развернутые и содержательные ответы

- подробно и открыто рассказывают о СЕБЕ, своем мнении, впечатлениях и затруднениях (иногда как будто даже с некоторым удовольствием)

- (из отдельного: много смеются и шутят — и над интерфейсом и вообще — тут уж не знаю, с чем связать, пусть будет просто наблюдение)

Пример цитаты респондента-девочки: “Мне английский нужен, потому что я хочу работать в сфере гостиничного бизнеса, для этого мне нужно сдать ЕГЭ на 85 баллов”.

Мальчики ближе к “трудному” респонденту:

- очень много ретранслируют чужие мнения и “простые истины”

- рассказывают о себе очень обобщенно

- цепляются за любую возможность не высказывать развернутое суждение и просто присоединиться к тому, что говорит модератор

- синдром “тут мне все понятно, никаких вопросов нет”

Пример высказывания респондента-мальчика: “Конечно, очень важно много заниматься и получать хорошие оценки. Английский конечно нужен […] пока не знаю зачем”.

Аутро

Очень все это занятно, нужно чаще проводить необычные по формату исследования. И больше обращать внимание на детали. Никогда не угадаешь, что может повлиять на работу человека с интерфейсом. Вот.