Монгол Ралли, граница, разделение команды и занимательный вокабуляр
Сегодня пост снова от Андрея Байды.
Для нас не стало открытием, что мы — далеко не единственные желающие пересекать континенты. Параллельно с нашим путешествием проходит так называемое Монгол Ралли — благотворительный массовый автопробег британцев и им сочувствующих условно из Лондона до условно Улан-Батора. Условия пробега простые: надо собрать от тысячи фунтов, из которых примерно половина уходит в благотворительный фонд, а вторая половина идет на покупку малолитражного авто, на котором окольными путями надо съездить в Монголию. В силу особенностей рельефа большинство участников Монгол Ралли пересекает российско-монгольскую границу в пограничном пункте Ташанта, то есть там же, где и мы. Подъехав к пограничному переходу в 8 утра, мы обнаружили гужевье иностранцев о 30 головах, выстроившееся у будки паспортного контроля. Кордон был заставлен малолитражками всех мастей и расцветок, в том числе и переделанной под фургончик для мороженного Нивой, популярной в Британии по причине дешевизны, проходимости и неубиваемости. Иностранцы отчаянно пытались купить у местных чай и радовались туалетам типа «очко».
На границе мы просидели целый день, улаживая всевозможные формальности. В пятом часу вечера таки выяснилось, что через границу пускать нас не хотят («Нельзя так просто взять и покинуть Россию»). Встал вопрос, что делать дальше. Изначальный план состоял в том, чтобы срезать через Монголию и выскочить в районе Байкала, но в силу причин объективного характера он оказался неисполним и надо было что-то придумывать. Искатель приключений и вообще отчаянный парень Макс Авдеев, воспользовавшимся лозунгом «Слабоумие и Отвага!», сагитировал Антона и Сэма все-таки поехать автостопом по изначальному маршруту по северу Монголии, сформировав таким образом команду Via Russia Detour. Остальные менее алкающие приключений решили поехать в Улан-Уде через Красноярск и Байкал, чтобы там воссоединиться с Авдеевым и командой. Вторая команда получила условное наименование Via Russia Core или Made in Pussia за меньшую тягу к экстриму.
О своих злоключениях в Монголии, включающих, помимо прочего, питье воды из луж, 40 часов в маршрутке по бездорожью и поедание найденной на обочине дороги пачки орешков в следующих сериях расскажут непосредственно участники событий, а я лишь вкратце упомяну, что проехать из Алтая до Абакана у нас тоже не получилось. Несмотря на помпезное открытие трассы, которая должна была связать Горный Алтай и Хакасию, включающее такие важные советские элементы праздника как каравай с солью, юрта и лобызание в десны двух губернаторов, а также рисование трассы на Яндекс Картах, трассы не существует. Ее просто нет. Вот такой вот забавный приключенческий пируэт.
За время поездки (а в пути мы уже в районе трех недель) у нашего дружного коллектива выработался свой лексикон, которым мы бы и хотели с вами поделиться.
Кофейня-передвижница «Два Поляка»
Еще до начала нашего путешествия Куба торжественно объявил, что не мыслит свои утра без годного свежесваренного кофе. Для этих целей Куба взял с собой итальянскую кофеварку, газовые баллоны, горелку и запас кубинского кофе. Во время пит-стопов Куба и Камил принимаются за дело: раскладывают свою нехитрую аппаратуру и творят волшебство. Уже в начале первой недели мы так привыкли к первоклассному кофе, что с нетерпением каждый день ждали открытия кофейни «Два Поляка», как ловко окрестил магическое действо кто-то из участников экспедиции. За время пути она не открылась лишь раз по причине отсутствия питьевой воды.
Во время подготовки к экспедиции мое и Авдеева возмущение вызвало желание остальных участников взять с собой надувной матрас с насосом. «Что за пораженчество!» — сетовали мы — «Это в высшей степени неспортивно!». И если по поводу надувного матраса меня и по сей день одолевают сомнения, то ручной насос нашел новое, необычное применение и оказался в высшей мере полезен. Как выяснилось, разжечь костер в дождь сырыми дровами не так просто, как может показаться неофиту. Поэтому для ускорения процесса, а также придания большего задора и атмосферы праздника происходящему Аметов в какой-то момент придумал раздувать костер ручным насосом для матраса по принципу мартеновской печи. Один человек направляет шланг в жерло кострища, а второй качает, покуда хватит сил. Метод Аметова оказался на удивление эффективным — мы с успехом научились разжигать костер как отсыревшими дровами, так и в голой степи. По аналогии с кофейней, передвижную кузницу Куба назвал кузницей «Два Еврея».
Бесспорным гимном нашей поездки стала старая как мир песня Дэвида Боуи «Space Oddity». Каждое утро в обеих машинах начинается именно с этого трэка — по какой-то причине наше путешествие удивительным образом напоминает полет в космос (особенному этому способствует космического формата приборная панель Патрола). Банальная замена Ground Control и Major Tom на наши позывные Zebra One и Zebra Two привела к созданию полноценного гимна поездки. Кочки на российских дорогах потрясающего качества, из-за которых наши Зебра Один и Зебра Два подпрыгивают так, что я, непристегнутый, пару раз очень больно бился головой о потолок и падал между сиденьями, делают строчку «and I’m floating in the most peculiar way» как нельзя более актуальной.
Спасательная операция или rescue mission
С тех пор как наша экспедиция разделилась где-то раз в день мы устраиваем мозговой штурм по поводу того, как помочь нашим товарищам из Via Russia Detour, прочно застрявшим в Монголии: вызвонить Жениного однокурсника-монгола, чтобы он организовал транспорт, проверить пограничный переход, много чего еще. Так как этот процесс прочно вошел в наш распорядок дня, ему потребовалось официальное наименование, которым и стала Спасательная Операция. Впрочем, что-то мне подсказывает, что ребята из Via Russia Detour воспринимают свои злоключения в совершенно другом ключе.
Сначала мы думали, что единственная причина, по которой мы вынуждены каждый вечер после заката в темноте минимум по часу испытывать внедорожные качества наших машин — это искатель приключений Авдеев, который пытается найти наиболее труднодоступное место для ночлега, заставляя нас множественно ругаться матом и проверять на прочность подвеску. Но Макс уехал в Монголию, а так называемый «вечерный оффроуд» остался. Хорошая, пусть и несколько обременительная традиция.
Само по себе слово «урочище» Куба откопал где-то в советских путеводителях. Звучит оно красиво. Так как сходу ни один из участников экспедиции не смог объяснить Кубе, что же это слово собственно значит, мы решили его использовать в значении «красивое место, достопримечательность». Впрочем, парочку настоящих урочищ на Алтае нам все-таки довелось увидеть.
Собирательный пример урочища уровня сложности advanced. Название образовано от некой ледяной пещеры, которую нашел Леша в Башкирии и по пути к которой мы чуть не утопили Патрол, и ледника у границы с Монголией, о злоключениях на котором было в предыдущем посте. Предполагает как минимум час глухого вечернего оффроуда, сопряженного с застряванием хотя бы одной машины в непроходимой грязи и последующим вытягиванием ее другой машиной или случайно оказавшимся в окрестностях трактором. Также обязательным условием «Ледяной Горы» является непрекращающийся дождь и минимум час гуляния по колено в грязи. «Ледяная Гора» также является «ачивкой», ее можно «анлочить», если таки туда попасть, но пока из нашей экспедиции это не удалось никому. Максимальным успехом экспедиции стало восхождение на каменный столб под Красноярском.
Девиз по жизни Максима Авдеева. В случае если уровень жести кажется Максиму неподобающим его представлениям об уровне жести (а это так в большинстве случаев), Макс произносит заклинание «Слабоумие и отвага» и тут же придумывает, как бы нам утопить одну из машин в грязи или остаться без запасов воды, чтобы пить из лужи. Авдеев очень настойчивый, поэтому заклинание обычно работает, несмотря на вялые попытки других участников экспедиции Макса остановить.
Привнесено в лексикон Via Russia Максом и мною из нашего трехнедельного путешествия по солнечному Казахстану. Слово «джабджик» используется алматинцами для обозначения колхозников из других областей, которые, скажем так, оказавшись в большом городе, продолжают использовать деревенские поведенческие паттерны. Классический пример джабджика — это счастливый обладатель Лады девятой модели, который предпочитает ездить по федеральной трассе с большой скоростью ночью по встречной полосе с неработающими габаритами, вызывая сильные эмоции у других водителей.
«Джабджик-driving» или «Шымкентский маневр»
Крайне занимательная техника вождения, предположительно совмещенная с выкрикиванием лозунга «слабоумие и отвага». Пример Шымкентского Маневра: внезапный разворот из крайнего правого ряда на красный свет в крайний правый ряд противоположной полосы. Эталон Шымкентского Маневра: вы стоите на светофоре на красном свете, мимо вас проносятся на красный три машины, а за вами сигналят, дескать, чего не едем. Эталонные Шымкентские Маневры можно увидеть собственно в городе Шымкент в Южном Казахстане или в городе Красноярск.
Заимствовано из суахили. Маршрутное такси японского производства середины 90-х, желательно праворульное для полного антуража, совершающее Шымкентские Маневры на постоянной основе. Средство передвижения Via Russia Detour по Монголии, а также причина массового отмирания нервных клеток у водителей Via Russia Core на трассе восточнее Иркутска.
«Пердолить котко за помощью мотко»
Польская поговорка, дословно переводится как «совершать насильственные действия сексуального характера над котиком при помощи молотка», детали применения молотка не уточняются. Означает неправдоподобные истории, в реальности которых комментатор сильно сомневается. Используется в первую очередь из-за яркого литературного образа.
Email me when VIA RUSSIA publishes stories