Машина для чтения, издание 1929 года, расширенное и дополненное

Производя археологические раскопки для одного проекта, наткнулся в сборнике заметок “The Dead Media Notebook”, собранным Брюсом Стерлингом (и распространяемом, кстати, бесплатно), на большой фрагмент статьи не слишком известного авангардиста Боб Брауна о “The Readies”.

Что такое readies? Ну, как вам объяснить?.. Были movies, то есть, буквально, движухи (а не фильмы), и уже были talkies, то есть звуковые фильмы, значит должны быть и readies. Браун так придумывает свои читалки:

Слово “Читалки” для меня — движущийся спектакль набора, читающегося на обычной скорости машины, способ наслаждения литературой столь же современный, как говорящие фильмы. Выбирая “Читалки” в качестве заголовка для того, что я хочу сказать о современном чтении и письме, я надеюсь подловить читателя на прогрессивном настрое, попросить его на какое-то время забыть о нынешнем медиевализме КНИГИ… как носителя читаемого материала, предложить читателю остановить его мысленный взор на уже наличном будущем представить машину для чтения, которая оживит интерес к Оптическому Искусству Письма…

Сокрушаясь по поводу того, что методы чтения остались теми же, что и во времена писцов, и что изобретение Гутенберга, а потом линотипа и фотокопирования, сохранил ту же самую форму книги, тот же самый способ донести слово до глаз:

С самого начала письмо было упаковано в книги. Самое время выпустить его наружу. Чтобы продолжать читать на нынешней скорости, мне нужна машина. Простая машина для чтения, которую я могу носить с собой, подключать к розетке и читать с помощью неё роман на сотню тысяч слов за десять минут, если я захочу этого, и я хочу это. Машина такая же компактная, как переносной фонограф, пишущая машинка или радио, компактная, работающая за счет электричества и с напечатанным материалом, микроскопическим благодаря современным фотографическим процессам на прочной прозрачной ленте, которая содержит контент книги и сама не больше, чем кассета лентой пишущей машинки, миниатюрный серпантин, который можно упаковать в коробочку для лекарств.

Далее Браун описывает, как эта лента будет проходит под специальным увеличительным стеклом, которое, собственно, и позволяет читать текст, напечатанный на этой ленте. Машина позволяет регулировать скорость чтения (например, замедлять его, чтобы «насладиться особенными моментами»), размер отображения текста, но главное — текст в ней отображается одной строкой, без мешающих восприятию строчек, расположенных в обычной книге выше и ниже той, которая читается сейчас.

Чтение с помощью машин будет таким же простым и безболезненным, как бритью с помощью бритвы Schick, а заправиться чтением можно будет в любой забегаловке на углу или в телефонной будке, открытой с рассвета до полуночи…

Вместе с Революцией Слова читаемого наступит, понятное дело, и революция письма. Впрочем, нет у революции конца:

Как только машины для чтения станут необходимостью, они устареют. Потом модой станут карманные машины для чтения. Материей чтения возможно станет радио и слова, записанные прямо на пульсирующем эфире.

Логично, что этот, написанный в 1929 году, манифест вспомнили в начале XXI века, когда будущее в виде букридеров уже стало достаточно хорошо распространенным, — казалось, что именно их появление Браун предчувствовал и описал. И даже сделали арт-проект — веб-симуляцию читающей машины Брауна (иллюстрация её работы — над заголовком). Брауна, кстати, и сам был активным деятелем авангарда: для его сборника “Readies for Bob Brown’s Machine” свои стихотворения прислали Стайн, Маринетти, Паунд и др., с которыми он сам был знаком, равно как с Марселем Дюшаном, Юджином О’Нилом, Менкеном и пр.

Но в связи с читающей машиной Брауна мне в голову приходит вовсе не Kindle или nook, а технологию Spritz.

Интересно, как работает машина авангарда в голове мечтателя. Его фантазия крутится вокруг представимого механизма, конкретного принципа (у Брауна — вокруг ленты и увеличительного стекла), всё остальное оставляя за кадром. Вот и сейчас я вовсе не уверен, что идея ленты — родственная, кстати, ленточной схеме машины Тьюринга, о которой Браун, конечно, ничего ещё не знал, — окажется в виде Spritz (или даже Apple Watch) жизнеспособной.

Но реинкарнации авангарда, даже в виде мертворожденных технологий, всё равно завораживают. Как лента бегущих под увеличительным стеклом слов.